Волевой подбородок с едва заметной щетиной приподнят, а хищные глаза наблюдают за каждым моим движением.
– Вы поэтому прервали свои дела и явились ко мне без приглашения? – пытаюсь дерзить, но запал быстро сходит на нет под его тяжёлым взглядом.
– Мои дела тебя не касаются, Грейси, – сухо чеканит алмазный дракон. – Но я считаю нужным тебя предупредить: вы с Агустиной не подружки и не соперницы. Я запрещаю вам общаться наедине – без моего присмотра или присутствия доверенных лиц, проживающих в замке. Каждая сама по себе.
Ясно?
– Странно, что вас это беспокоит, – отвожу взгляд и с ужасом замечаю, что пена медленно, но верно тает. Вон, в ногах уже не облака, а жалкие островки, сквозь которых видны лодыжки! – Лорд Саттон, прошу вас, дайте мне одеться! Это нечестно!
– Если Агустина ещё раз придёт к тебе в комнату – выгони её, – Райвэл не обращает внимания на мои протестующие крики.
– Вам надо – вы и выгоняйте, – пытаюсь повернуться набок, чтобы дракон не увидел самого сокровенного, но скользкая поверхность играет со мной злую шутку.
Тело съезжает вниз, и я с головой опускаюсь под воду.
В нос забивается вода, я торопливо машу руками, пытаясь зацепиться за бортик ванной! Макушка взмывает над поверхностью, но в глаза тут же попадает пена.
Пищу как напуганный котёнок, чувствуя жгучий стыд за свою беспомощность, но то, что происходит дальше, выходит за все рамки приличий.
Райвэл хватает меня под мышки и с лёгкостью вытягивает из воды. Прохладный воздух остужает тело, и я с ног до головы покрываюсь мурашками, а этот наглец прижимает к себе и не торопится отпускать!
Боги, что бы сказал отец, если б знал, что его обнажённую дочь будет бесцеремонно лапать его давний друг!
– Вы! Вы! Да как у вас совести хватило! – сиплю я, отплёвываясь от воды, а глаза застилают слёзы от щиплющей пены.
Дракон обхватывает меня рукой за талию, прижимает к своему каменному торсу с такой силой, что я сквозь одежду чувствую как напряжены его мускулы.
– Это бесчеловечно! – всхлипываю, остро ощущая свою уязвимость.
– Я не человек, – хрипло отвечает он, другой рукой протирая мои глаза от пены.
Когда ко мне возвращается способность видеть, с губ срывается вздох облегчения: его глаза закрыты. Неужели, в этом чудовище ещё сохранились остатки приличия?
– Не ушиблась?
Растерянно моргаю, вглядываясь в его застывшее, как маска, лицо. Мотаю головой, но тут же понимаю, что он меня не видит, и отвечаю:
– Нет, лорд Саттон.
– Райвэл.
