Звонко смеюсь и аккуратно поворачиваюсь к нему лицом. Тут же оказываясь прижатой к мощной, рельефной груди, виднеющейся в расстёгнутом вороте рубашки.
Глаза дракона сверкают ярче безоблачного неба, а в радужке отражаюсь счастливая я.
– Мы же ему не скажем? – лукаво улыбаюсь и щурюсь от яркого солнца.
– О чём именно не скажем, Грейси? – губы лорда подрагивают, желая скрыть рвущийся наружу смех.
В голову приходит безумная идея. Опускаю глаза, чувствуя жар его прикосновений и, скользнув ладонями по шёлку рубашки, натянувшейся на плечах, что есть силы толкаю его в пруд.
Одного не учитываю: дракон не разжимает хватку и тянет меня за собой, под мой неудержимый хохот.
– Поймите, я не хочу покидать лорда! – жалуется Агустина, выдёргивая меня из воспоминаний. – Если меня выгонят…
Грудь сдавливает и хочется выгнать настырную девчушку, чтобы как следует прорыдаться. Чувствую себя так, словно до мяса расковыряла широкую рану, которая заживала почти целый год!
– Выгнать? – пытаюсь собрать мысли в кучу, но они упрямо разбегаются.
– Кто кого выгонит? Зачем?
– Вы! – она бесцеремонно тычет в меня пальцем. – Разве нет? Вы же первым делом захотите избавиться от меня!
– Зачем мне это?
Похоже, я много пропустила из проникновенной речи мисс Тэйр. Агустина вздыхает, но послушно повторяет сказанное. Из её длинного, пространного монолога я понимаю, что она боготворит алмазного дракона, но боится, что стоит ему привести в дом жену, как та увидит в ней достойную соперницу и первым делом выставит её из замка.
А идти юной сироте некуда.
– И что же ты от меня хочешь? – спрашиваю её, догадываясь, что у девчонки есть давным-давно продуманный план.
– Не выходите замуж за лорда Саттона, – храбро заявляет, а подбородок предательски трясётся. – Оставьте его мне!
Глава 11
Была бы я в настроении, радостно воскликнула бы: “Бери!”
Но мелкий, въедливый червячок упрямо точит мою непоколебимую решимость. Слова Агустины отзываются ноющей болью, сокрытой в самом дальнем уголке души.
Юная мисс Тэйр смотрит на меня доверчивыми глазами.
Она кажется мне глупым, неразумным ребёнком, хотя мы почти что ровесницы. Но длительная болезнь отца сделала меня старше не по годам. Будь всё в моей жизни хорошо, я бы сейчас также порхала по дому в лёгком зефирном платье и строила бы грандиозные планы.
– Пожалуйста! – девчушка понимает, что я не спешу отказываться от статуса невесты лорда Саттона. – Я же вижу, что происходит: вы совсем разные. Между вами ничего нет и не может быть!
А я молчу.
