Весь мир сужается до размеров нашей комнаты. Затаив дыхание я слежу за малейшей реакцией лорда Саттона, и мне она совсем не нравится.
– Поздравляю, Грейс, – Райвэл поднимает на меня взгляд и несколько раз хлопает в ладоши, зажав листок между мизинцем и безымянным пальцем. – В Королевскую Академию Магических Искусств не возьмут кого попало.
– Вы даже не представляете, каких усилий мне стоило подготовиться к экзаменам, – шепчу я, теряясь в догадках, чего ещё ожидать от алмазного дракона. – Это великий шанс, и я не имею права его упускать.
– Что ж, – продолжает лорд, после нескольких секунд молчания. – Думаю, того факта, что ты поступила, вопреки свалившимся на тебя трудностям, будет вполне достаточно. Пять минут, мисс Картер.
Пара резких движений, бьющий по ушам звук рвущейся бумаги, и крупные обрывки плавно летят на пол.
Глава 6
Тщетная надежда лопается, будто туго натянутая струна. Уставшая, обессиленная я смотрю на несколько клочков и с горечью осознаю – выхода нет.
Я должна подчиниться тому, кого ненавижу всем сердцем.
Тому, в кого я была до безумия влюблена.
Опускаюсь на пол под невыносимой тяжестью своих мыслей. Глаза смотрят на обрывки приказа о зачислении, будто ища в них ответы.
Вот только их там нет.
Плечи опущены, словно под невидимым бременем, руки висят вдоль тела как две безвольные плети. Жизнь бьёт меня, не давая очнуться, окунает в новый кошмар, закрывает выход из этой тяжёлой душевной темноты.
– Девочка моя!
Голос Ирмы и тихий скрип двери плавно вторгаются в мои мысли будто робкий луч света после затяжной грозы.
– Он почти сломил меня, – усмехаюсь сквозь ноющую боль в сердце. – Райвэл не даст мне учиться. Ирма, понимаешь? Всё зря!
Экономка подходит ко мне, не без труда садится рядом на ковёр, притягивает к себе и гладит по голове, будто ребёнка. Закрываю глаза и позволяю ненадолго забыть о том, как всё плохо.
– Грейс, ты только выслушай меня, – говорит спокойно, размеренно, будто нет никаких пяти минут, оставленных драконом. – Твой папа доверял только лорду Саттону.
Даже сейчас, после своей кончины он доверяет ему самое ценное, что у него было, родная. Тебя.
– И что? – шмыгаю носом, смахивая безымянным пальцем слезинки, выступившие на глазах. – Это мерзавец посадит меня в золотую клетку! Лишит меня возможности учиться! Увижусь ли я когда-нибудь с подругами? Выйду ли в город? Или до конца своих дней просижу в его замке, заряжая бриллианты силой на продажу?
– А ты поговори с ним, – настаивает Ирма.
