После той правдоподобной жути, которую мы оба увидели, как он вообще способен дышать?!
Я уже ошарашена происходящим, а следующие слова Йемрена становятся и вовсе для меня шоком:
— Это не сон. Реальность.
— Почему… Почему ты так думаешь?
— Доктор Бэлл много лет был главным лекарем нашей семьи, пока однажды не исчез при таинственных обстоятельствах. Помню, в день смерти отца нам пришлось срочно подыскивать другого лекаря, чтобы официально засвидетельствовать смерть короля… Скажешь, случайное совпадение?
— Тогда почему никто не разбирался в его пропаже?
— Когда он пропал, во дворце происходило много странностей.
Его исчезновение было каплей в море.
— Странностей? — удивленно вскидываю брови. — Например?
— Пока отец болел, а Вианда правила, все перевернулось вверх дном. Ключевые лица королевства пропали. Вместо них появились другие. Я был слишком молод тогда и не придавал этому значения. А теперь все встало на свои места.
Замечаю, что принц назвал свою мать по имени. Это режет уши, но зная предысторию… Хотя, собственно, что именно я знаю?
Почти ничего.
— Расскажи мне про королеву! — прошу негромко. — Как ей удалось обмануть своего мужа? Разве твой отец не должен был раскусить ее обман?
— Хороший вопрос, — Йемрен хмурится и отводит взгляд. — Началось все с ранения отца в очередной стычке с виедами. Вместо того, чтобы пойти на поправку, болезнь затянулась. В тот период Вианда постоянно обхаживала магов. Когда бы я к ней не зашел, она давала очередную аудиенцию магу. Вряд ли это случайное совпадение.
— Думаешь, она прятала свою ложь с помощью магии? И одновременно травила отца?
— Травила? Нет, — усмехается Йемрен. — С драконами это работает не так.
— А как? — пошире открываю глаза и ушки, ужасно заинтригованная.
— Зачем тебе карта моих слабостей, ирэя? — его пытливый, недоверчивый взгляд встречается с моим, и я тут же отступаю, пожав плечами:
— Не говори, если не хочешь. Я просто пытаюсь разобраться в картинке, которую увидела ночью.
— Это не картинка, а реальность, — вдруг вскипает дракон.
— Хоть она и случилась много лет назад.
— Пока это не доказано, — упорно стою на своем, — это всего лишь картинка. Нам нужны доказательства.
— Моя умная, упрямая девочка, — Йемрен неожиданно расслабляется, коротко улыбнувшись, и легонько проводит подушечкой большого пальца по правой скуле.
Я жмурюсь от внезапной волны удовольствия. Тут же проникаюсь пониманием к кошкам, нырявшим мне под руку — лишь бы не переставала гладить.
