Что ничего уже, наверное, не вернуть…
Эти тихие слова отдались громом в душе Иды. Впервые, он это сказал, поверил, наконец, что всё для них закончилось?
— Мы оформим развод, если ты так этого хочешь, но не сейчас, Ида, я прошу тебя с этим подождать. Я не увиливаю, не тяну время, чтобы добиться того, чего ты не хочешь. Мне просто нужно время. Ещё немного времени, выдохнуть и собраться с мыслями. Мне нужно подумать. И мне очень нужна та самая Ида внутри тебя, спокойная и рассудительная, та, которая поверит в меня, пусть в последний раз.
Мне нужна она, слышишь?
— Слышу. — дрогнувшим голосом пропищала она.
— Первое — насчёт усыновления детей… Ида, это нужно сделать, нравится тебе это или нет. Мы это сделаем, иначе никак. Я хочу оградить нас от того, что однажды в нашу дверь постучит мать Кости и отец Сони и начнут качать свои права на детей.
У Иды на лице отразилась гримаса ужаса, она вцепилась пальчиками в его рубашку под курткой и нервно всхлипнула.
— Ты об этом не думала никогда, так ведь? Что у отца Сони тоже есть права родителя.
И давай просто представим, что этот человек не Артист, а тот, кто был в машине. Это скорее всего тот, кто пытался убить тебя, а её похитить. Извини, Ида, я скрыл это от тебя — когда Галина сломала руку, целью была не она, а Соня. И если Филин прав, что этот человек открывает любую дверь, в которую стучится, то он может прийти за ней. Возможно, она ему и нужна. И вся эта каша заварилась только из-за неё.
— Нет, нет… — прошептала Ида, отчаянно мотая головой.
— Может и нет, я не знаю, ни в чём уже не уверен.
Но план с усыновлением обоих детей должен быть реализован в короткие сроки. Мы придём домой сегодня и ты подпишешь все документы. Поняла?
— Да.
— Дальше — Филин нам не друг. Нам нужно вывести его на чистую воду. Я дал доступ ко всем камерам Святу, пока я ехал к тебе в день вашей попойки с Морозовой. Да, Ида, у нас везде в доме камеры и даже в твоей комнате. Получив доступ к серверу, он может за нами наблюдать. Кроме того, неизвестно, какие подарочки он оставил нам пока был там.
Ещё и Зарема, могла поставить незаметно прослушку. Пусть смотрят и слушают. Пока… Так что дома мы с тобой ничего важного больше не обсуждаем. Ругайся, ори на меня, как обычно, или молчи, что было бы гораздо лучше, но о наших планах и подозрениях мы больше дома не говорим, если будет безопасно и мы можем поговорить, я тебе скажу. Поняла?
Ида рассеяно кивнула, из всей этой информации её напугала только то, что камеры были у неё в спальне.
