Я хочу, чтобы ты знала, я очень сожалею, что сделал, как поступил… Это всё моя вина.
«Я виноват, что был с другой женщиной, пока тебя чуть не изнасиловали. И ты об этом никогда не узнаешь.» — прятал мысли в голове Влад, боясь взглянуть ей в глаза."
"Он вдохнул кислород в лёгкие и начал говорить, не останавливаясь, всё, что узнал нового за последнее время. Пришедшая в себя после рехаба Яна мало что смогла рассказать, но Филин продолжал копать под её дружка, пытался найти новую информацию о том, с кем он общался три года назад и кто мог его нанять.
Толку пока от этого было мало, слишком много времени прошло, а постоянные контакты Алекса ограничивались его клиентками и Яной, с которой у них вроде как была настоящая любовь, насколько это возможно при занятости обоих в сфере проституции.
Ида весь его рассказ пролежала, глядя в одну точку на потолке, будто её совсем не интересовало, что он говорит. А когда он закончил, она и вовсе закрыла глаза, никак не реагируя на хорошие, казалось бы для них обоих, новости.
— Ида? Скажи, ты хоть что нибудь вспомнила?
Ему так хотелось найти на её лице хоть какие-то эмоции, но их не было, всё та же маска равнодушия надетая на синее от побоев лицо.
— Нет, не вспомнила. Почему ты веришь этой… девушке? — тяжело выдохнула она из себя воздух.
— Потому что женщины всегда говорят правду, когда чувствуют неминуемость физической расправы и бежать им некуда.
— Ты её пытал? — дрогнувшим голосом спросила Ида.
— Нет, немного напугал и всё.
Ида отвернула голову от него, уставившись в стену, будто ей стало от него противно.
Ее худенькая ручка сжалась в кулачок. Влад занес ладонь, чтобы накрыть его, взять её руку и держать, пока она сопротивляется, но она будто почувствовала его стремления и закрылась одеялом до самого горла,
— Ида, все события до и после того как… Они связаны между собой, теперь я это понимаю. Кто-то заказал твое изнасилование, ты понимаешь это? Но ничего не получилось, ты почти очнулась! — резче, чем хотелось бы сказал Влад. — И когда этот подонок захотел срубить бабла на правде, его тут же убрали.
Тебя от расправы скорее всего всё это время спасало то, что ты никак и нигде не светилась, будто знала что тебе стоит прятаться. Но ни я, ни они не догадались искать тебя в самом очевидном месте, у тебя на родине. Даже я не думал, что ты туда вернешься, у тебя ведь никого там нет. От кого ты пряталась? Что ты на самом деле помнишь?
— Ничего я не помню. Может и хорошо, что не помню. — прохрипела Ида.
