Ковалевский лишь усмехнулся его открытой агрессии и пренебрежению.
— Приглашать в дом не буду, с чем пожаловал? — спросил Влад, глядя как Дементьев начал хорохориться, как петушок перед битвой.
— Разберись со своей женой! — выпали Стас, прожигая его взглядом. — Чтобы больше я около своей жены твою не видел! Ясно?
— Да они итак не дружат, насколько я знаю, ты же запретил.
— И правильно сделал! Она, оказывается, наркотиками балуется. Вот где она была три года — в рехабе с кокса слезала? Мне делать что ли нечего, как за твоей женой обдолбанной по барам ездить?
— Так и не ездил бы, блять, мне бы набрал, раз тебе проблемы не нужны лишние! Я бы в ту же минуту её и забрал! — жёстко отрезал Влад, подходя к Стасу ближе и сжимая кулаки.
— И не говори то, чего не знаешь, понял меня?! Про мою жену даже не смей рот свой открывать!
Влад не собирался объяснять ему, что вчера произошло, потому что был не обязан Стасу ничем, а вот Северу был, и тот попросил, чтобы случай с его супругой остался между ними и Филином.
— Блять, Влад, с каких пор ты стал такой каблук?! У тебя жена в отрыв ушла, а ты только ручки ей целуешь!
— С таких, с каких ты стал блядуном, наверное… — усмехнулся Влад попыткам Стаса его унизить.
— Ебало завали! Я своей жене не изменяю! — взревел Стас, багровея от злости.
— Да ну, а Элечка покойная как же? Или если шлюха сдохла, то можно не считать, что ты её трахнул? Так можно каждую любовницу после секса убивать, и тогда ты вообще всегда чист как ягнёнок будешь.
— Да ты… — запыхтел Стас и вдруг увидел на руках Влада бинты и его настигло просветление. — А ты у нас что, мужиков своей жены пиздишь? Или её саму за плохое поведение? Где Ида у нас теперь? В больницу за блядство прилегла?
Влад не стал больше церемониться с бывшим другом и от души врезал ему с кулака, разбив губу. Его откинуло на капот машины. Стаса, как большую рыбу, будто выбросили на берег, и он рвано хватал ртом воздух, глядя как Влад над ним насмехается, потирая кулак.
Физическое превосходство Влада было заметно невооруженным глазом, Стас раздобрел на пельменях своей жёнушки, оброс пузиком и вторым подбородком, к этому присоединилась одышка и высокое давление, но всё же он был тяжеловесом и Влад был на чеку.
— В тачку садись и уёбывай, пока можешь. — сквозь зубы процедил он.
