— криво улыбнулся Стас, забегав глазками по округе. — Извини, мне надо найти Верочку.
— Найдешь, не переживай, она дома у тебя живет. Надо поговорить, разговор серьезный.
Стас пристально взглянул на Влада, который вгонял его в пот одним своим суровым взглядом. Он обтер лоб ладонью и кивнул, мужчины отошли подальше в сад, на открытое место, чтобы никто не мог подслушать их разговор из-за кустов. Влад достал из кармана телефон и показал, фотографию, что приготовил для друга.
— Узнаешь?
— Д-да. — неожиданно быстро признался Стас, нервно сглатывая буквы.
— Эля…
— Даже так, Эля. — усмехнулся Влад, убирая телефон и упирая руки в бока. — Ну и какие такие дела у тебя с Элей?
— Влад, послушай, если она твоя любовница, извини, я не знал. Но ты ведь понимаешь, что она содержанка? Она проститутка.
— Она мне не любовница. — процедил сквозь зубы Влад, испытывая невероятное отвращение к другу, который ещё недавно наставлял его на путь истинный в семейной жизни. Каков лицемер!
— Тогда попрошу в это дело не лезть, это моё личное дело.
— не очень твердо сказал Стас, багровея всем лицом.
— Твоя Эля припёрлась ко мне домой и наговорила черте что моей жене! При сыне! Ударила моего пса! Вела себя так, как будто её пизда, в которой, я уж признаюсь, побывал очень давно, золотая, блять! Сначала она чуть не придушила щенка, потом её чуть не придушила за это Ида, и только потом я за волосы выволок её на хер прочь! Я охуел от такого поведения простой шлюхи! И что я выяснил, что сразу после этого? Мой друг, человек, которому я жизнь спас, перевёл ей тонну бабла! За что, дорогой друг? За то, что она в мою семью влезла?
В начале монолога Влада у Стаса начали дрожать губы, в конце, казалось, он потеряет сознание.
— Она и в мою пытается влезть… — тихо сказал он, опуская покрасневшую голову вниз. — Я пытался этого не допустить.
— Пытается?! Она погибла, ты не знал?
— Погибла? — тут же поднял вверх голову Стас. — Как?
— На тачке убилась.
Влад мог поклясться, что на лице Стаса четко отразилось облегчение.
— Ну и хер с ней… — тяжело вздохнул он и нервно улыбнулся.
— Пояснишь?
— Да что тут пояснять… Ну есть у меня грешок, что я, не мужик что ли? — вздохнул Стас. — Был у меня тяжелый день, да каждый день у меня тяжёлый последние лет десять. У нас четверо детей, пойми, там вечный бардак и такой ор, шум, гам. Иногда вечером около дома на соседней улице сижу в машине, чтобы в себя прийти в тишине.
