— пожала плечами Ида, отворачиваясь от него. — Я сама в состоянии за себя постоять, от женщин меня защищать не нужно.
«Мне нужна защита от тебя…» — подумала Ида, закусывая губу.
Семейный вечер за просмотром мультфильма прошёл в напряжении, и даже Димка это чувствовал, косо глядя на родителей, что сидели в разных углах дивана. Ида не смогла вспомнить ни единого кадра из мультика, она искала выход, отчаянно кусая губы. Вместо выхода она нашла, человека, который мог бы ей хоть немного помочь разобраться в том, что Влад мог быть причастен к её избиению и попытке, якобы, убийства.
А дальше ей надо будет действовать, исходя из ответов. В своей комнате, где она хоть чуть чуть чувствовала себя в безопасности, она набрала номер.
— Эдик, привет, ты не спишь? Можешь завтра заехать?
*****
Эльза не чувствовала себя ни униженной, ни оскорблённой, в ней давно атрофировались все эти чувства, за годы работы в эскорте, она научилась отделять себя от своего тела, и что бы с ним не делали, ей было всё равно, это всего лишь работа.
Отъехав километров на пять от дома, где ей выдрали пару клоков волос, она набрала номер человека, который туда её и послал:
— Я всё сделала, как ты сказал… Да… Всё сказала, при его жене. Есть непредвиденные расходы — он выдрал мне капсулы волос, и я оставила там туфли, дорогие. Скину общую сумму, жду на карту, пока-пока, Малыш, целую."
"Она бросила телефон на приборную панель и гордо вскинула голову, все эти жёны мужей, которых она трахает, пусть хлебают дерьмо, что сами наваливают, ей дела никакого нет.
Женщина женщине не подруга, а соперница. В этом мире по-другому не выжить, твёрдо была убеждена девушка, жить которой оставалось меньше двух недель…
Святослав нервно щёлкая зажигалкой в руках, сидя за столиком в ресторане в ожидании своего визави. Когда Эдуард Нежинский позвонил ему и попросил о встрече по важному вопросу, Филин слегка удивился, но любопытство взяло верх.
Эдик вращался в кругах столичных модниц, может что-то интересное услышал и решил продать информацию? Он уже должен был прийти десять минут назад, опаздывал.
Филин ещё раз взглянул в сторону входа, мужчина в дорогом костюме и с золотыми часами на запястье торопился выйти за дверь, но встал как вкопанный, отошёл в сторону, уступив дорогу прекрасной леди, по-другому её назвать было нельзя.
