Неожиданно её панику прекратила рука, что закрыла ей рот и обхватила за туловище, мужчина позади неё просто приподнял её повыше и перетащил за ствол толстого дерева рядом, а затем сделал движение вперёд коленями и от этого она сама рухнула на свои колени, ведь её суставы точно повторили его движение.
— Тихо, госпожа Ковалевская, и они нас не увидят. — прошептал ей бархатный голос Филимонова под ухом.
Пока где-то рядом муж тащил сопротивляющуюся женщину, его жена сидела на коленях в объятиях другого мужчины и медленно умирала от новой волны лжи и правды, что обрушилась на неё.
Ира родила от её мужа сына, больного, судя по всему, и как будто бы совсем недавно. Влад отказывается признать сына и более того, чуть ли предлагает ей избавиться от него, убить живого ребёнка, своего ребёнка. Что он тогда может сделать с чужим? С её Сонечкой? Влад ударил женщину… Именно это её ввело в состояние близкое к панике, она никак от него не ожидала такого поведения. Он ведь по попе в шутку её никогда не хлопал, любые проявления насилия, даже в шутку в постели, были запрещены.
Отчасти, Ида понимал почему… А что теперь с ним стало?"
"Ида в ужасе начала тихо поскуливать, переставая сдерживать свои эмоции. Филин убрал ладонь от ее рта сразу, как шаги Влада затихли в отдалении. Окунувшись в свои эмоции с головой, Ида не сразу сообразила, что Святослав, между коленей которого она сидела, гладит её по плечам и пытается успокоить. Она резко повернула к нему голову, глядя на него круглыми глазами, Филин ей ободряюще улыбнулся, и даже в темноте, Ида видела как блестят его глаза.
— Если боишься тварей, что живут под камнем, то не поднимай его. — глухим голосом сказал Свят. — Многим женщинам стоит умерить своё любопытство и не шпионить за мужьями, чтобы и дальше жить в счастье семейном.
— Надо…
— Что надо?
— Надо поднимать камень, даже если боишься. — всхлипнула Ида. — Чтобы бросить его в того, кого боишься, так бабушка говорила. Он чудовище, просто чудовище…
— Ида, он пытается тебя защитить. Тебе не стоит об этом думать, он разберётся сам, тебя и Димона это ни коим образом не коснётся.
Эти мимолётные интрижки для мужчин ничего значат, понимаешь? Сунул, вынул и забыл, любимая женщина у него одна, и это ты…
— Не хочу я быть любимой женщиной чудовища. — прошептала Ида, с трудом поднимаясь с колен.
Она отряхнула с себя веточки и листики, что налипли на платье и, покачиваясь, пошла вперёд, пока её не остановил Филин, нежно взяв за руку и повернув к себе лицом.
