Влад покачал головой, понимая всю ношу, что несет на себе генерал вместе с женой, ему такая не по силам, не может он себе на горло наступить и принять ее ребенка от мужчины, что разрушил их семью, он своего то приблудыша принять не собирался.
— Хороший, вы мужик, генерал. Мне до вас, как до Китая. — вздохнул Влад, собираясь на выход.
— Я ж таким не родился, я таким стал. Улица, школа, армия, потом война, вот она здорово голову и ломает и прочищает, понимаешь, что важно, а что не стоит ни секунды времени твоего на земле этой… — философски заметил Власов, вглядываясь в пустоту стены.
— Я с тех пор с Дашей ни разу не ругался, даже голоса не повышал. Тыл ведь он такой хрупкий, одного слова достаточно, чтоб семья к херам полетела, а если тыла нет, то и на войну идти не за чем, ты уже проиграл. Да что я тебе тут распаляюсь, ты ж жизни то такой не видел, у отца в хоромах царских жил.
— Видел… — криво усмехнулся Влад. — Когда духи с гор спустились к городу, нас как самую ближнюю часть им наперерез, служили мы полгода… Я потерял шесть товарищей, прямо на своих глазах.
У меня два пулевых, мне повезло. И тыла у меня тогда не было, а теперь его нет, ничего, живу как-то.
Влад развернулся и пошел на выход, злясь на таких вот Власовых, Дементьевых, Ставрских, что в последнее время учили его премудростям семейной жизни. Его уже начинало подташнивать, от самого себя по большей части…
— Идочка, звезда моя, красный тебе маст хэв просто! — вскидывал жеманно ручки вверх Эдик, разглядывая Иду со всех сторон.
Сегодня у четы Ковалевских намечался выход в свет на открытие загородного гольф-клуба, но в гольф там никто играть не собирался — пить, есть, флиртовать и трахаться по углам, если повезёт, распускать новые сплетни и обмуслливать старые. Для вечера Ида выбрала ярко красное платье, впервые она решилась открыть не только красивые плечи, но и руки и даже чуть декольте, оставив колени под красным подолом длиной до самых щиколоток.
— Шейка тонкая, ручки красивые, сисечки поднимем чуть чуть, вообще шикарно! Девочка моя, шикарно! — хлопал в ладошки Эдик, подавая босоножки с полки. — Вот эти вот серебряные супер будут, еще бы в ушки что-то, бриллианты длинными лентами.
— Есть такие, попозже выберу. — вздохнула Ида, осматривая себя в зеркало.
Скоро приедет визажист и парикмахер, наводить красоту, Влад куда-то укатил с Филином.
