Ида неожиданно для всех, и прежде всего для себя самой, толкнула его в грудь двумя ладошками и ещё разок стукнула по напрягшимся мышцам под тонкой рубашкой.
— Мы с вами на «ты» не переходили, господин Филимонов! — процедила она сквозь зубы. — Кто вы такой, чтобы за меня решать, как будет лучше?!
— Не я, ваш муж! — с нелепой извиняющийся улыбкой на лице ответил Филин.
— Он мне не муж! — прошипела Ида, даже не глядя на Влада. — У меня с ним брак только на бумаге, и фамилия его пока на мне числится, ненадолго.
Вместо того, чтобы бухать средь бела дня, вы Святослав «как вас там по отчеству», лучше бы работали! И чем быстрее вы сработаете как надо, тем быстрее я стану Цветковой обратно! И закончу участвовать в этом, сука, цирке уродов!
Разъяренная тигрица в розовых штанишках бросилась прочь с арены, села в машину, в которой пригнала сюда, и погнала на всех парах обратно домой, забыв про охрану,
— Саша, блять! — заорал Филин одному из охранников, врываясь в дом. — Бросай всё и быстро за ней!
Филин вернулся и глубоко вздохнул, направляя взгляд на безучастного ко всему Влада, который за один день пережил слишком много.
— Ты когда про свою жену рассказывал, что-то я ни намёка не слышал на то, что она когда пьет — буянит, когда культурно отдыхает у бассейна — пиздит твоих любовниц при всём честном народе, а в обеденный перерыв — топит щенят! — усмехнулся Филин, хлопая друга по плечу. — Последнее даже для меня перебор, я бы в жизни в собаку беззащитную не выстрелил, ты не думай.
— Я не знал, что она так может… — пробормотал Влад. — Она сильно изменилась. Я её не узнаю…
— Три года, да, большой срок. Кстати, её подружки по всякому полоскают, что у неё со мной роман, держу в курсе. — кивнул ему Филин.
— Что вы делали вдвоём на террасе? — задал ревнивец вопрос, что уже был задан его жене.
Влад не верил в байку Дины, но он не мог не замечать, как Святослав смотрит на его жену, восхищение явно читалось в его глазах.
— Курили. — пожал плечами Филин.
— Ида не курит.
— Я её научил.
— Что ты, блять, сделал? — нахмурился Влад.
— Просто предложил покурить, она согласилась, только не умела, я научил. — улыбнулся хулиган. — Ничего такого. А потом я выбросил бычок мимо урны, и она меня заставила его поднять и извиниться, а ещё твоя жена меня хамлом обозвала, когда я ей жизнь спас! Я херею с нею, ты похоже тоже. Ничего между нами нет, как бы Диночке не хотелось иначе.
