Учиться она не любила, лишь с завидным рвением зубрила иностранные языки, чтобы однажды вырваться из душного плена русского бытия.
Пришлось ей со своим багажом знаний поступать на филологический, дабы с позором не возвращаться обратно в глубинку, где была сплошь нищета и дефицит самых необходимых товаров народного потребления. С течением времени Артемида отчётливо поняла, что если она не выйдет замуж, к примеру, за молодого и перспективного дипломата, то Рязань это её несчастливое будущее.
Познакомившись на одном из комсомольских сборищ с товарищем Юрием Ковалевским, Артемида, наконец, почувствовал в себе богиню охоты, открыла охотничий сезон на жениха, улепившись за него зубами и руками.
Ковалевские обладали всеми возможными благами, доступными советскому человеку — квартира в сталинке и у отца, и у сына, которого пристроили по линии партии на тёплое место, дача в подмосковном Жуковском, заграничные шелка и маленькие радости жизни в виде фарфоровых статуэток и деликатесного хумуса. Артемида со своими академическими генами и звонким именем очень точно подошла под описание завидной невесты для Юрия Ковалевского, и вскоре на семейном совете Ковалевских старших её кандидатура была одобрена.
Так началась её семейная жизнь в статусе госпожи Ковалевской. Они с мужем были похожи — оба материалисты, без чётких нравственно-моральных ориентиров, они оба хотели жить хорошо, вне советской действительности. А уж когда муж, пользуясь своим положением, вывез молодую жену за бугор, Артемида плакала от неописуемого счастья и увиденного там — яркая одежда от именитых дизайнеров, шикарная посуда и вкусная разнообразная еда, всё там было лучше, чем дома.
Ей везде было лучше, чем дома…
Семейная жизнь с принцем почти голубых кровей, стала давать трещину сразу после свадьбы, Юрий оказался балованным сынком родителей, которые были заняты чем угодно, только не сыном, и он рос в атмосфере вседозволенности, что развратила его аппетиты, особенно на женщин. Женившись на Артемиде, которую хотели ему в жёны больше родители, чем он сам, он всего лишь выполнил их волю, чтобы род Ковалевских рос и процветал.
Но было одно «но» — нужен был мальчик, гордость семьи.
Однако, дородная девка из Рязани, каковой он её считал, умудрялась три года подряд беременеть сразу после очередных родов и рожать только девочек. Артемида превратилась в истеричную хабалистую бабу, изнуренная родами и скандалами мужа с требованиями родить наследника, не иначе как престола российского.
