И он молчал, но стал приглядываться к её поведению пристальнее, жена была подавлена и молчалива, она будто избегала его взгляда за ужином, касаний, секса. От отказа в сексе Влад был в легком замешательстве, раньше такого не было никогда, а тут Ида пеняла на его аварию и избегала не только близости и даже поцелуев.
Он был ей противен, понял сейчас Влад, она и сама себе была противна, в отличие от Влада у неё совесть была. И она хотела ему сказать, хотела! Но не смогла, слишком боялась его потерять из-за скандала, глупая.
Она бы никогда его не потеряла, если бы не эта ситуация с её враньем, что он принял за измену.
Когда Влад увидел то видео из отеля, её в объятиях другого мужчины, как он целует его любимую, ему стало трудно дышать. Не от боли, а от унижения. Как она могла его предать? Как могла эта женщина, которая носила его фамилию, так опозорить её?
— Ты, самовлюбленный эгоист, Ковалевский. — сказал он сам себе, наливая новую порцию виски в стакан.
Гордыня и страх разделила их обоих, а не измена, понял вдруг Влад.
Они семь лет жили будто в пузыре из сахарной ваты, никаких проблем и разногласий, никаких ссор и выяснения отношений. Влад не хотел повторять судьбу своих родителей, а Ида просто любила его и доверяла всему, что он говорит и делает, безоговорочно и слепо. И вот они столкнулись с первой проблемой, огромной и сложной во всех отношениях, Ида промолчала из страха, а он сделал то, что первое пришло в оленью голову от злости.
Тот, кто это задумал, разыграл всё как по нотам, и Влад всё больше думал, что Филин прав, этот Мистер Х, слишком хорошо знает их обоих.
Хорошо, что он уволил всю обслугу сразу, может предатель был среди них. Филин уже копал под каждого из бывших работников, и даже начал искать ту женщину, с которой Влад переспал. Хотя сразу сказал, что это гиблый номер. Записи с камер давно стерты, а спрашивать у партнеров, кого Влад трахал в ту ночь было не совсем корректно.
Актер-насильник убит, проститутка-наркоманка тоже, может и эта питерская дрянь мертва, как и их отношения с Идой.
Она больше не смотрела на него, как на любимого мужчину, он был всего лишь мужем, с которым она хотела развестись и зажить своей привычной жизнью с дочерью, а сыном он её не удержит, вдруг понял Влад. Настолько ей противен он и его поступки, что она готова отказаться от сына, чтобы только не видеть больше Влада.
— Сам виноват. — сказал он себе и залпом осушил стакан.
— Ида, проснись… — большая ручища потрепала её за плечо и Ида открыла глаза.
