— Так что обойдусь без звания генерала кухни.
— Ты сегодня скромен, — заметил я, убирая в емкость с водой последнюю почищенную картофелину.
— Я всегда такой, — возразил старик и уточнил, — ты ведь уже пообещал нашей кухарке прибавку к зарплате?
Я кивнул.
— И премию за мой счет выпиши, — распорядился князь и вышел из комнаты.
Он, вероятно, запамятовал, что счет, с которого мы вели хозяйство, у нас был общий. Но спорить я не стал. Вместо этого уточнил:
— Что-нибудь еще?"
"— Что вы, Василий Михайлович, — замахала руками Любавушка.
— Достаточно, дальше я сама. Спасибо, что подсобили.
Я вымыл руки и снял фартук, чтобы повесить его на крючок.
В комнату заглянула Муромцева и, заметив меня, смутилась.
— Вы тоже проголодались? — спросил я, тут же взяв яблоко с блюда.
— Просто хотела уточнить, не нужна ли помощь, — с вызовом заявила девушка. — Мы ведь свалились на вашу кухарку как снег на голову.
— Так уже… — начала было Любавушка, но поймала мой веселый взгляд и поправилась, — все уже заготовила для блюда.
От вас нужно только, чтобы через полчаса вы были за столом.
— Хорошо, — кивнула Виктория и вышла прочь.
— Вы стыдитесь, что помогаете? — удивленно спросила женщина.
— Мой секретарь считает, что всю дополнительную работу она должна выполнять сама, — ответил я. — Считает меня изнеженным белоручкой. И очень опечалится, если узнает, что я что-то делал руками.
— Жаль, что она не может заместо кота отработать, — усмехнулась кухарка, не поверив в мое оправдание.
Я же вышел из кухни, пересек гостиную и вышел на задний двор.
Мы выходили сюда достаточно редко. Дядька не особенно любил бывать далеко от телевизора. А мне для тренировки хватало небольшой площадки неподалеку от фонтана.
Но сегодня я решил проверить, насколько территория облагорожена. Все же у нас появились гости, которым может понадобиться место для тренировок.
Веранда у нас была деревянной, покрытой морилкой и лаком. Это я знал точно, потому как после того, как мы нанимали мастеров, запах этих материалов витал в воздухе еще неделю.
А все потому, что Петр Феликсович пожелал, чтобы все было сделано по старинке, без использования силы. И все время, пока шли работы, упрямый старик нипочем не признавал, что у него гудела голова от паров лака.
Чуть поодаль от крыльца расположилась просторная беседка, которую оплетал виноград. Дядька невероятно им гордился, уверяя, что этот сорт больше ни у кого не приживался. В наших широтах и впрямь было сложно вырастить виноград.
