Дорога провела его к воротам замка. Справа от дверей мелькнул остов кузницы. В открытом дворе еще темнели останки горна и застывших мехов. Чуть поодаль доживала долгий век ржавая наковальня, а рядом горкой лежали почти сгнившие доски от бочек да черные обручи.
Дорога вывела пришлого к замку. Высокому и величественному строению. Узкие окна ощерились грязными стеклами, в который не отражались солнечные блики. Зеленоватые ото мха камни местами скололись, но с крыши все также мрачно взирали на мир уродливые гаргульи.
Странно, что все уцелели, когда часть балконов обвалилась.
У высоких, массивных ворот, гостя встретил один из местных с нашивкой какого-то страшного существа на груди и шевроном кадуцея на плече. Лекарь двенадцатого гвардейского полка. Местный криво усмехнулся и хрипло произнес:
— Уже прибыл?
Гость взглянул на покрытое шрамами лицо товарища. Следов былых боев было так много, что на коже почти не осталось живого места. Все это мог легко убрать любой лекарь. Но носитель сам не спешил избавляться от уродливых отметин.
Для бойцов двенадцатого полка, прозванных «Бабаями», шрамы были гордостью. Часть, которой командовал старший Минин, очень любил фехтование и не мог жить без боя и кровопролития.
— Прибыл, — ответил гость. — Рад, что ты еще жив, мастер Минин."
"Мужчина нахмурился. В глазах пришлый увидел огоньки гнева. Бойцы «Бабаев» поклонялись богу резни, и для них существовала только одна достойная смерть. Славная гибель в бою. Поэтому Минин мог расценить слова гостя как оскорбление и вызвать его на бой.
Но Минин и гость были дружны. Поэтому «Бабай» сделал вид, что не заметил оговорки.
— Прародитель вернулся? — уточнил гость.
Минин снова криво усмехнулся и кивнул:
— Скоро. Идем.
Он потянул на себя створку дверей замка. Гость последовал за ним.
Тяжелые шаги эхом прокатились по пустому помещению, скудно освещенному светом закрепленных на стенах факелов. Провожатый пересек холл и поднялся по мраморной лестнице, которая вывела в заставленный длинными столами зал.
По комнате сновали бестелесные фигуры. Остаточные явления астрала, которые могли порой возникать в землях Европы. Призраки были слабыми, практически не подпитываемыми местными жителями. Их бы не было здесь, но Прародителю иногда нужны были души для запуска его экспериментальных образцов.
Призраки стояли группами, сидели за столами, что-то обсуждая и рассказывая друг другу давно позабытые истории. В воздухе разносился аромат восковых свечей.
