А уж сколько обычных – никто и не считал.
Мы словно попали в тропики. Огромные зеленые деревья до самого неба, лианы, какие-то кустики с яркими ягодами. По ним лазили жучки, летали бабочки, даже было слышно птичек. Это была не оранжерея, а настоящий мир в мире.
– Как же здесь жарко, – вздохнула я, обмахиваясь ладонью. Зато Злюня был в восторге от местного климата, пару раз клацнув пастью, стараясь поймать пролетавших мимо бабочек.
– Сейчас уже придем в умеренный климатический сектор.
И действительно, дышать стало куда проще и туника не липла к спине, словно я пробежала стометровку на время.
– Нам в ту рощицу, – перехватив ведро с фамильяром в одну руку, великан указал направо.
– Обалдеть. Рощица в оранжерее. Какая же тут площадь?
– Пять тысяч квадратных сентов.
Еще бы знать, что это за сенты такие…
Из-за рощицы послышались голоса, смолкли при нашем приближении.
– Свои! – гаркнул Таркул пугая меня, Злюню и местную фауну. Он протиснулся бочком между высокими кустами. – Птичка, ну что ты встала, заходи.
Я осмотрелась и юркнула в растительность.
Этот мир не переставал меня удивлять. За живой изгородью оказалось подобие поляны с деревянными столами, табуретами рядом и несколькими котлами.
– Во время занятий в них варят зелья, – пояснил Таркул с радостью сгружая Злюню на ближайший стол. – А во внеурочное время – закуску, – прогрохотал он и рассмеялся. – Народ, я сегодня не один. Франческа, мое почтение, – он склонился перед гномихой у котла, в котором побулькивала явно мясная похлебка, втянул аромат.
– А это Птичка. Юстина. Леди Юстина. Та самая.
А вот эта ремарка мне совсем не понравилась. Я надеялась, что разговоры о моей популярности преувеличенны.
– Привет, – я помотала рукой в знак приветствия, стараясь не провалиться под землю под многочисленными взглядами.
Но рассматривали меня не долго и не так внимательно, как я смогла нафантазировать, их больше привлекал мой фамильяр.
– А его тоже нужно зарегистрировать? – поинтересовалась я, стараясь влиться в разношерстную компашку.
– Нужно, – от компании отделился паренек. Достаточно субтильный для гнома, но крупноват для человека. – Полукровка.
– Что?
– Я полукровка, – сказал он. – Ты так пристально на меня смотрела.
– Извини, – пробормотала я.
– Не страшно. Я привык. Любым полукровкам живется так себе. Кирн, – представился он.
– Уль… Юстина.
– Угу. Сбежавшая из-под венца леди Плодородных Земель.
– Да, – согласилась я. – Это я.
– Разбившая сердце магистру Коларду.
