Я достала платье и несколько минут мучилась с подолом, пытаясь оторвать кусок ткани. Когда наконец получилось, облегчённо выдохнула не только я. Да, мой плюпкающий фамильяр тоже шумно фыркнул.
– Сейчас, подожди ещё секунду, – попросила я, осторожно забирая с кровати покрывало и пытаясь завесить окно.
Как я не старалась, оно падало на пол, не желая крепиться. Пришлось открыть окно и зажать покрывало, перекинув его через раму. Закрылось с трудом, но желаемого результата я достигла. Комната погрузилась в полумрак.
– Вылезайте, мистер Фублия. Ужин подан, – дыша как победитель марафона, позвала я мохнатого, положив кусок свадебного платья на кровать.
Дважды просить не пришлось.
– Плюп? – деловито чавкая поинтересовался у меня фамильяр.
– Как мои дела? – наугад перевела я его фразу. – Отлично. Экзамен я с треском провалила, но меня оставили в академии горничной. Поломойкой.
– Плюп, – судя по интонации, Фублик выругался.
– Плюпец полнейший, – согласилась я с ним. – Хотя, знаешь, не всё так плохо.
Главное же, что я осталась в академии. Не нужно бояться нарваться на родственничков, не нужно думать о крыше над головой и еде…
При мыслях о последней, в животе заурчало.
– Плюп? – удивился моей желудочной трели Фублик.
– Меня не пустили в столовую, – пожаловалась я, начиная ему рассказывать, как прошёл день.
Всё как рекомендуют психологи. Выговорилась.
И про экзамен, и про Валриона. И про злобного блохосборника.
Про Тайру, разумеется. Гномиха не обманула, когда заявила, что не любит своих подопечных.
Она вообще никого не любит. Пока она показывала мне коридоры и двери комнат, что с сегодняшнего дня закреплены за мной, женщина, не стесняясь, сдабривала крепкими эпитетами характеристики владельцев покоев.
И всё же мне показалось, что она меня чуть-чуть жалеет. Ведь мне досталось крыло, в котором обитают преподаватели академии. И если меня сначала удивил такой выбор, то потом я мысленно целовала гномиху во все доступные места.
Здесь обитали очень злые студенты. Очень.
Как только Тайра проводила меня в подсобку и выдала два комплекта формы, я переоделась и приступила к работе. Что я полы никогда не мыла, что ли? Начальница минут десять следила за мной, явно боясь, что я не найду, где у швабры низ и как крепить тряпку. Затем, убедившись, что я не так безнадёжна, она огласила время обеда с ужином, и, дав наставление помыть коридоры и окна, оставила одну. Не забыв напомнить расположение столовой. Святая женщина. Хоть и мачеха.
