– Я думаю, что это мое, – сказал Торнтон и перевернул свои карты – три десятки и пару четверок.
Бессознательно Элизабет с облегчением шумно вздохнула, и Ян бросил на нее быстрый взгляд, впервые заметив не только ее присутствие, но и встревоженные зеленые глаза, вымученную улыбку. Легкая беспечная усмешка пробежала по его губам, прежде чем он обратился к другим мужчинам:
– Вероятно, присутствие таких милых дам, наконец, принесло мне удачу.
Он сказал «дам», но Элизабет чувствовала… она знала… слова предназначались ей.
К сожалению, его предсказание, что удача вернулась к нему, оказалось неверным. Следующие полчаса Элизабет застыла в неподвижности, наблюдая с замиранием сердца и невыносимым волнением, как он потерял большую часть денег, которые выиграл, пока она была здесь. И все это время Торнтон продолжал сидеть в ленивой позе в своем кресле, и его лицо ни разу не выдало его чувств. Однако Элизабет больше не могла вынести зрелища проигрыша и ждала конца последней партии, чтобы уйти, не побеспокоив игроков.
Как только игра закончилась, герцог Хэммонд объявил:
– Я думаю, что-нибудь освежающее подкрепит нас – Он кивнул ближайшему слуге, который тотчас же подошел, чтобы собрать пустые стаканы, стоящие около джентльменов, и заменить их наполненными. Элизабет быстро повернулась к лорду Хауэрду.
– Извините меня, – с усилием тихо сказала она, подбирая платье, чтобы уйти.
Ян даже не взглянул на нее после своей шутки о перемене удачи, и Элизабет считала, что он забыл о ней, но после ее слов поднял голову и посмотрел прямо ей в лицо.
– Боитесь остаться до горького конца, – презрительно спросил Торнтон, и трое мужчин за столом, которые уже выиграли почти все его деньги, громко, но не по-доброму рассмеялись.
Элизабет колебалась, думая, что, должно быть, сходит с ума, так как действительно чувствовала, что он хочет, чтобы она осталась. Неуверенная, не были ли его чувства плодом ее воображения, она храбро улыбнулась ему.
– Я только хотела пойти за вином, сэр, – уклонилась Элизабет от ответа. – Я глубоко верю, что, – девушка поискала подходящее слово, – ветер переменится, – заявила она, вспомнив игорный жаргон, иногда употребляемый Робертом. Слуга услышал ее и подбежал к ней со стаканом вина, и Элизабет осталась стоять рядом с Яном Торнтоном.
В эту минуту в комнату вплыла хозяйка дома и обратила свой неодобрительный взор на всех, сидящих за карточным столом.
