Они решили немного отдохнуть – в Неаполе стояла невыносимая жара. Утром сели на паром, вечером собирались обратно. Проветриться… В магазине на пьяцца Мартири остались Пинучча и Альфонсо, точнее сказать, Альфонсо и Пинучча, потому что от Пинуччи сейчас мало толку, зато Альфонсо молодец. Кстати, в Форио они приехали по совету Пины. Она им так и сказала: идите вдоль пляжа, и обязательно их увидите. Они так и сделали. Все шли и шли, а потом Джильола воскликнула: «А вон и Ленучча!» И правда, это ты. Я пробормотала, что мне очень приятно.
Тем временем Микеле, не стряхнув с ног песок, рассеянно встал на полотенце Джильолы. «Эй, ты куда?» – возмутилась она, но он не обратил на ее слова никакого внимания. Теперь, когда они доложили, какими судьбами оказались на Искье, я ждала неизбежного вопроса, который прочитала в глазах Микеле еще до того, как он его задал:
– А где Лина?
– Плавает.
– При таком волнении?
– Ну, не такое уж сегодня волнение.
Разумеется, они с Джильолой развернулись к морю, по поверхности которого пробегали белые барашки.
Но особенно вглядываться в даль они не стали и даже не встали с полотенец. Микеле сердито одернул брата Джильолы, которому не терпелось еще раз искупаться. «Сиди спокойно! – цыкнул на него Микеле. – Утонуть хочешь?» Он сунул ему в руки журнал комиксов, бросив Джильоле: «Этого больше ни за что с собой не возьмем».
– Отлично выглядишь! – восхищенно сказала мне Джильола. – Так загорела! И волосы стали еще светлее.
Я смущенно улыбнулась.
На самом деле меня заботило одно: как сделать так, чтобы они убрались.
– Пойдемте к нам, – предложила я. – Нунция будет вам рада.
Они отказались: часа через два им возвращаться на паром, так что лучше посидеть на пляже.
– Тогда давайте сходим в бар, перекусим?
– Хорошо. Дождемся Лину и пойдем.
Как всегда в сложных ситуациях, я начала забалтывать парочку, обрушив на них целый ворох вопросов: как поживает отец Джильолы кондитер Спаньюоло, что новенького у Марчелло, появилась ли у него девушка, нравится ли Микеле новая серия обуви и что по этому поводу думают его отец, и мать, и дед… Потом я поднялась и сказала: «Пойду позову Лину».
Подойдя к линии прибоя, я закричала: «Лина! Плыви назад! Микеле с Джильолой приехали!» Но все было бесполезно – она меня не слышала. Я вернулась на место и снова принялась отвлекать их разговорами. Я надеялась, что Лила и Нино, подплывая к берегу, увидят, какая опасность их поджидает, и проявят осторожность.
