Но она все же вовлекла его в этот разговор, а он не только внимательно ее выслушал, но и попросил дать ему книгу.
– Это книга профессора Галиани, она дала ее мне, – не выдержала я.
– Ты ее уже прочитала? – спросил Нино.
Пришлось сознаться, что нет, но я тут же добавила:
– Как раз хотела сегодня вечером начать.
– Тогда, может, дашь, когда сама прочитаешь?
– Пожалуйста, возьми сейчас, – предложила я. – Раз тебе интересно.
Нино поблагодарил меня, стряхнул с обложки присохшего комара и сказал, обращаясь к Лиле:
– Сегодня вечером прочту, а завтра обсудим.
– Завтра вряд ли. Завтра мы не увидимся.
– Почему?
– Мой муж приезжает.
– Ах вот как."
"Он огорчился – или мне так показалось? Я все ждала, что он спросит меня, когда мы с ним увидимся. Но вместо этого он вдруг сказал: «Вообще-то завтра я тоже не могу. Приезжают родители Бруно, так что мне придется ночевать в Барано. Вернусь в понедельник».
В Барано? До понедельника? Я надеялась, что он позовет меня на пляж Маронти, но он целиком ушел в какие-то свои мысли.
Может быть, думал о Дэне Руни, которому было мало, что он слепой, и хотелось стать еще глухонемым? Он ни о чем меня не попросил.
49
По дороге домой я сказала Лиле:
– Если я даю тебе книжку, тем более чужую, не бери ее на пляж. Неудобно будет возвращать ее профессору Галиани всю в песке.
– Прости, – ласково сказала она и поцеловала меня в щеку. И забрала у нас с Пинуччей сумки – очевидно, чтобы загладить свою вину.
Я немного повеселела.
Мне подумалось, что Нино не просто так сказал, что будет в Барано, – он ставил меня в известность. Я решила, что обязательно завтра туда схожу. Что поделать, если у него такой характер: его все время надо подталкивать. Вот встану пораньше и отправлюсь. Пинучча по-прежнему дулась. Обычно она легко впадала в раздражение, но быстро отходила, особенно теперь, во время беременности, не только округлившей ее фигуру, но и сгладившей некоторые черты ее характера.
Но сейчас она почему-то не спешила вернуться в благодушное настроение.
– Тебя чем-то обидел Бруно? – спросила я.
– Нет.
– А что случилось?
– Ничего.
– Ты плохо себя чувствуешь?
– Нормально. Сама не знаю, что со мной.
– Иди переоденься. Скоро Рино приедет.
– Сейчас.
Но она продолжала сидеть во влажном купальнике, рассеянно листая журнал с фотороманом. Мы с Лилой переоделись. Лила принарядилась как на праздник, а Пинучча так и не пошевелилась.
