Пациенты постоянно прибегают к перекрестному подсказыванию, вследствие чего любой эксперимент всегда рискует провалиться. Даже самые опытные исследователи могут стать жертвой кажущихся результатов. За многие годы у нас было несколько таких случаев. В итоге время от времени в научной литературе публикуются ложные выводы, которые преподносятся как сенсационные.
Среди самых уважаемых гостей нашей лаборатории был мой старый друг Дональд Маккей. Он посещал нас еще в Нью-Йорке. Дональд и его жена Валери, физик, горели желанием доказать, что в расщепленном мозге нет двух разных действующих агентов.
Они попросили протестировать пациентов Дж. У. и В. П., и, разумеется, мы разрешили. Дональд и Валери были нашими друзьями и выдающимися учеными. Однако они не были готовы к фокусам расщепленного мозга. Супруги Маккей задались целью заставить одно полушарие соперничать с другим. Если это удастся, полагали они, значит, существуют две ментальные системы, каждая с собственной “свободой воли”. Тогда они признали бы, что были неправы и действительно есть две субъективные психические системы с независимыми системами оценки.
Если же ничего не выйдет, стало быть, по их мнению, двух разумов нет, а есть только две исполнительные системы, каждая из которых выполняет свои второстепенные задачи, или что-то в этом роде. Они спланировали тонкий эксперимент, однако безрезультатный исход был предрешен, поскольку пациенты с расщепленным мозгом занимаются самоподсказыванием и могут управлять ситуацией так, что все замыслы исследователей рушатся.
Первым делом супруги Маккей собирались разъяснить Дж. У., в чем заключается роль отгадчика. Для этого Валери нарисовала на бумаге цифры от 0 до 9, так чтобы они попали в поле зрения обоих полушарий. Дж. У. видел их, а Дональд, исполнявший роль отгадчика, – нет. Дональд должен был угадывать цифру, а Дж. У., знавший ответ, должен был левой рукой показывать на одну из трех карточек – “больше”, “меньше” или “верно”. Допустим, если Дж. У. видел, что Валери написала тройку, а Дональд назвал семерку, правильным действием левой руки было показать карточку “меньше”.
Трудностей с обучением не возникло, и это был прекрасный пример наших достижений за годы тестирования расщепленного мозга. Прежде чем приступать к изучению способности того или другого полушария выполнять задания самостоятельно, необходимо отрепетировать с пациентом базовую схему эксперимента. Короче говоря, игра в угадайку оказалась легкой, и Дж. У. быстро освоил эту ее версию.
