Мысль о том, что граф Аймит принадлежал к группе антагонистов моей сказки, практически добила меня, а уж известие, что он, обессиленный, приедет…
— Рин, я могу связаться с драконами и предупредить. Не боишься? — Я усмехнулась.
— Ты так хочешь умереть? — он обернулся, уже было собиравшийся уходить.
— Да, — честно ответила я, сорвавшись на шепот. Моя жизнь потеряла цену.
— Действительно?
На маленькую долю мгновения я увидела в нем, присевшим передо мной на корточки, отдаленный образ отеческой заботы обо мне длинноволосого блондина с черными, как моя близкая смерть, глазами.
И тот образ из детства, когда он опустился на колено, лишь бы быть со мной на уровне…
Я улыбнулась сквозь слезы, кивая.
— Последний вопрос, Рин… Почему ты ненавидишь закат? — едва слышно спросила я, сдерживая плачь.
Резкий удар пронзил болью живот. Вскрикнув, я неверяще посмотрела вниз, на торчавшую из себя рукоять злосчастного кинжала, и шок на секунды отодвинул ощущения на задний план.
— Счастливо вам воссоединиться, — никогда бы не узнала в безжалостном вампире того, с кем впервые поцеловалась в далеком прошлом, пока скрывалось за темнеющим горизонтом солнце.
Того, кого успела так опрометчиво полюбить. Разочаровываться в людях так больно! В очередной и последний, видимо, раз я заметила про себя, что физическая боль совсем нестрашна…. в сравнении.
— Энкарнар, — шепчут мои холодеющие губы. Впрочем, меня никто не слышит, и помещение закрывают. Наверное, у охотников есть дела поважнее, чем убрать с дивана труп.
К боли от раны прибавилась боль ожога от нагревшегося добела кулона на моей шее, но на крик мне не хватило дыхания. Белая вспышка резко ослепила сквозь отяжелевшие веки. Растворяясь в боли, закрываясь во мраке беспамятства, я успевала последний раз увидеть в разыгравшимся воображении статную фигуру своего дракона. Может быть, мы и правда воссоединимся?..
— Ма-ара, — слабо различаю я ласковый баритон своего дракона. На тот свет зовет…
Я чувствую необычайную легкость, тело отрывает от поверхности.
Боли больше нет, к моему облегчению. Это был конец.
— Надеюсь, ты налеталась вдоволь, моя птичка, потому что клетку я больше не открою, — сладко пообещал мне загробный голос. Я счастливо улыбнулась, проваливаясь в долгожданное небытие.
Эпилог
Кукла по имени Сэлли с огромными глазами, чуть накренившая голову набок. Шкатулка, где хранилось золотое украшение для волос, которые я долго еще не смогу надеть, потому что обрезанным кудрям не хватало длины.
