Снадобье, которым ловцы меня усыпили, действует довольно долго, а клетка с виду используется самая обычная. Если зверь не проснется, продавец и не заподозрит, что присматривает за оборотнем.
– А если даже и догадывается, то ему все равно… – заметила я, вспомнив того самого мужика, который продавал «кошаков».
Мне показалось, что он прекрасно понимал, что ввязался во что-то дурно пахнущее, но деньги ароматами не обладали.
– Даже если и заподозрит что-то, то будет поздно дергаться. Ловцов уже след простыл, а опасный товар нужно сбыть с рук во что бы то ни стало.
Сбыть и забыть об этом побыстрей, – подтвердил оборотень.
– Ну да, выпустить тоже страшно. Вдруг ловцы явятся потом с разборками к нему домой. У каждого дети, жена…
Ульрих согласно покивал.
– За «товаром» приезжал тот самый человек, которого, я… Ну, того… Шею свернул.
– Всегда только он?
– Других он не знает, даже если они есть, но подозревает, что не один. У нас ведь не единственное поселение, где живут оборотни. Так что мы не знаем, сколько всего похищенных.
Я задумалась. Похищение оборотней приобрело массовый характер. Интересно, а конечный потребитель товара один, или они разные? И кто он? Маньяк какой-то? Или все прозаичнее?
– Ульрих, а этот самый «доставщик» знал, кому он должен был тебя передать?
На лицо оборотня легла тень.
– К сожалению, нет. Заказчик получает товар в условленном месте. Они с доставщиком никогда не встречаются. А, может, оборотня там забирает очередной посредник. Этого тот мужик не знал.
Я задумалась, пытаясь осмыслить схему.
– Умно у них все устроено. Посредник не знает в глаза ловцов. А те – посредника. Временные продавцы постоянно меняются, рынки тоже? – уточнила я.
– Уверен, что так и есть. Из нашего с доставщиком напряженного, но содержательного разговора я понял, что оборотней не всегда продавали там же, где они были пойманы. Все устроено таким образом, что звенья цепочки не контактируют между собой напрямую. Так что след Хельги здесь теряется. Как и остальных несчастных…
Мне стало не по себе, и я обхватила себя за плечи.
– Жаль, что тебе не удалось больше ничего выяснить.
– Да… Но все равно теперь я знаю намного больше, чем раньше. Я смог убедить отца, что это не выдумки влюбленного Бриана, и Хельга никуда не сбегала. Она была очень своенравной волчицей и доставляла проблемы. Вот все так и решили. Но теперь точно известно, что похищенных было больше. Возможно, намного больше!
– Ульрих, я искренне тебе сочувствую и Бриану тоже.
