Потянула ворот платья, который вдруг показался чересчур тугим. Пытаясь расстегнуть верхнюю пуговичку, обвела невидящим взглядом двор.
– Но я ни о чем не жалею, – сказал Данте. – Хотя нет. Жалею только о том, что Эления ничего не помнит…
Мир в очередной раз перевернулся с ног на голову. Даже в ушах зашумело от осознания, за какое чудовище я почти вышла замуж!
– …тогда было бы проще признаться. – Все-таки пробился конец его фразы через захлестнувшую меня тихую истерику. – Эления бы знала, как все случилось, и что настоящий отец ее ребенка был рядом все это время едва ли не с самых первых дней.
Как видите, Геретта надо мной все-таки смилостивилась.
– Как ты, вообще, ее нашел? – спросил тот, кого называли Кайросом.
– Если таков был план Нарвага, не должен был, – пробасил Эрик.
– Не должен, – подтвердил Данте. – Я, вообще, не должен был помнить ничего о той ночи. Да только вспомнил и начал искать. Но стоило ухватить ниточку, как она тут же оборвалась, а вскоре меня заключили под стражу.
Подозреваю, Нарваг сделал это намеренно, чтобы выгадать время. А дальше, вы и сами знаете.
– Почему ты так и не признался ей? – спросил Кайрос.
– Я так счастлив с Эленией, а она со мной. Боюсь все разрушить…
Мужчины заспорили, и мнения разделились. Эрик и тот – третий утверждали: «Меньше знает, крепче будет спать». Против них выступал Кайрос, который считал, что ложь в отношениях ни к чему хорошему не приводит.
– Рано или поздно правда вылезет наружу.
Как обычно, в самый неподходящий момент, и тогда…
Его голос потонул в голосах спорщиков, и я не расслышала окончание фразы.
Только Данте ни с кем не спорил. Он молча смотрел на огонь, словно искал в языках пламени ответы…"
"Мне показалось, что я тону, и толща воды давит на грудь. Не в силах совладать дрожащими пальцами с маленькой пуговичкой, безжалостно рванула ворот, и воздух наконец ворвался в легкие. Мысли беспорядочно метались. Бились, точно раненые птицы, не находя выхода из клетки.
Что же делать дальше? Забрать Сашку и бежать? Но куда я убегу от дракона?
«Наши судьбы теперь связаны дважды. И неважно, любим мы друг друга при этом, или ненавидим…» – как наяву прозвучал в голове голос Данте.
Так вот к чему он это сказал!
Слезы заструились по щекам, грудь сдавило от безысходности. Мне как будто бы стало тесно в этом замке. Оттолкнувшись от дерева, я, не разбирая дороги, направилась прочь от кострового места.
