А вот этот, — указывает на что-то, напоминающее корсет с механическими частями, — меняет рост и телосложение.
Малыш во сне вздыхает, и я машинально глажу его по спинке. В голове крутятся десятки вопросов. Кто пользовался этими устройствами? Девушки, которым помогала Рильда?
Я немногое успела выяснить, но, если они правда находили здесь убежище от жестоких мужей, было бы логично изменить себя настолько, чтобы скрыться.
В голову немедленно лезет глупый вопрос. А если бы я изменила внешность до того, как Кристард меня раскрыл, что было бы?
Я могла бы просто стоять через стойку от него, записывать, что подать на обед, а он бы даже не заметил? Почему Рильда не рассказала мне об этом?
— Взгляните, — Рам подносит лампу ближе к дальней стене.
Там на крючках, висят целые костюмы: камзолы, платья, даже военная форма. А рядом — стопки документов с разными печатями.
Сердце пропускает удар. Я достаточно насмотрелась шпионских фильмов в прошлой жизни, чтобы понять, что это может значить, и понимание происходящего обрушивается подобно лавине.
Рильда не просто помогала – она создавала для женщин новые жизни. Личности. Будущее.
Но как же тогда...
Смотрю на полки с загадочными устройствами, на документы, костюмы. Потом на своего спящего сына. Что я должна сделать?
Нет, не так. Что сделает Рам? Если он сообщит Кристарду очень-очень много женщин, сбежавших от своих мужей-тиранов, окажутся в опасности. Кого-то могут даже убить.
Страх ледяной волной прокатывается по телу. Я поворачиваюсь к Раму, крепче прижимая к себе спящего малыша.
В полумраке подвала лицо помощника кажется непривычно жёстким, чужим.
— Зачем ты на самом деле показал мне это место? — спрашиваю я, пытаясь унять дрожь в голосе.
Его улыбка меняется – становится холоднее, расчётливее."
"— Я привёл вас сюда по двум причинам, — Рам делает шаг ко мне. — Во-первых, хотел проверить, знакома ли вам эта комната. Судя по вашей реакции – нет. А во-вторых... — он делает паузу, — хотел посмотреть, не попытаетесь ли вы использовать эти устройства, чтобы сбежать.
Как многие, кто приезжал в этот двор до вас.
— Сбежать? — эхом повторяю я. — От Кристарда?
— От мужа, которого едва знаете. С ребёнком, которого считаете своим, — его глаза внимательно изучают моё лицо. — Признайтесь, вы ведь не та Элена, которая выходила замуж за господина Кристарда? Прежняя никогда не сделала бы и половины того, что сделали вы с момента, как добрались до этого двора.
Комната начинает кружиться перед глазами. Он догадался.
