Сердце замирает, когда мы проходим мимо кабинета Рильды. Массивная дубовая дверь закрыта, но я чувствую – там кто-то есть. Инстинктивно сжимаю ручку корзины, в которой спокойно спит сын, крепче, стараясь ступать тише по потёртому ковру. Метка слегка теплеет, так что я пониже одёргиваю рукав.
В коридорах непривычно пусто. Развешанные по стенам гобелены, обычно придающие месту уют, сейчас кажутся выцветшими и мрачными. Лампы не горят, хотя день клонится к вечеру, и в углах собираются густые тени.
— Что происходит, Мира? — мой голос звучит неестественно высоко.
— Почему все так странно себя ведут?
Она останавливается у окна, выходящего во внутренний двор. Там столпились солдаты – начищенные нагрудники тускло поблёскивают в вечернем свете. В её глазах стоят слёзы.
— Рильда... она… — девушка запинается, теребя передник дрожащими пальцами. — Погибла сегодня в лесу.
Это я уже знала, но пол всё равно уходит из-под ног. Как будто до того, как я услышала это от другого человека, всё случившееся было просто чьей-то злой шуткой.
Вдруг я просто неверно поняла, ошибалась. Глупая попаданка из другого мира, которая просто не так всё поняла. Которую разыграли.
Психика пыталась защищаться до этого момента, но теперь её ресурс достиг предела. Всё взаправду. Этот мир не сон и не просто бред моей фантазии. В нём действительно можно умереть."
"Прислоняюсь к стене, чувствуя шершавость старой древесины под ладонью. В нос ударяет запах свежевымытых полов – кто-то будто по привычке продолжает выполнять ежедневную работу, даже когда весь мир рушится.
— Идём, — Мира вытирает слёзы рукавом и тянет меня дальше по коридору. — Ужин начался.
Кухня встречает нас непривычной тишиной. Учитывая, что гостей у нас прибыло, должно быть жарко от растопленных печей, но они едва теплятся, котлы с похлёбкой остывают нетронутыми.
Работники сидят за длинным, отполированным годами использования столом. Тусклый свет из закопчённых ламп падает на их склонённые головы и миски с нетронутой по большей части едой.
Слышно только, как позвякивают ложки, будто колокольчики на похоронах.
Опускаюсь на скамью. В воздухе висит тяжёлый запах подгоревшей каши и чего-то ещё... Страха? Отчаяния?
Украдкой разглядываю незнакомые лица вокруг. Все подавлены, это понятно. Но есть что-то ещё... Будто тяжёлая туча нависла над кухней, и вот-вот грянет гром.
Никто явно не понимает, что дальше.
Мира садится рядом на скрипнувшую скамью, придвигает мне щербатую миску с похлёбкой.
