– Какой же ты молодец! – подхватываю сына на руки. Подкидываю вверх и тут же ловлю. – Мой сын! – выдыхаю, прижимая ребенка к себе.
– И как давно до тебя это дошло? – раздается сзади недовольный голос.
Осекаюсь, будто меня поймали на месте преступления. И повернувшись натыкаюсь на испепеляющий взгляд.
Хоть прикуривай, называется!
Лихорадочно соображаю, как бы все перевести в шутку. И совершенно некстати опускаю глаза чуть ниже. И как дурак таращусь на высокую упругую грудь, обтянутую тонкой майкой.
Не могу отлипнуть, хоть ты тресни!
– Зачем ты вернулся? – цедит Влада, подходя ближе и лишая обзора.
Гордо вскидывает голову. Сжимает губы в тонкую складку."
"Но маленькая тонкая жилка бегущая по горлу, бьется едва заметно. Нервничает девочка. Сильно нервничает.
– Иди ко мне, – обхватив за талию, притягиваю к себе. Целую эту жилку, шею. Спускаюсь губами к ключице.
Но девчонка стоит как статуя. Ждет, когда мне надоест. А маленький бандит что-то кричит грозно и бьет меня кулачком по плечу.
– Я вернулся за тобой и ребенком, – выдыхаю хрипло.
– Нам нужно решить, как жить дальше.
– Мне ничего от тебя не надо, – хватая губами воздух растерянно выдает Влада. – Уезжай. Слышишь!
– Все будет хорошо, – уверяю, прижимая ее к себе.
– Кажется, стучат, – забрав сына, делает шаг в сторону Влада.
Кто там еще приперся? Убил бы!
– Шеф, вы здесь? – запыхавшись интересуется Гриша.
– Войди! – цежу, сунув руки в карманы джинсов. Тут главное, себя контролировать. А то могу и с лестницы спустить.
– Что случилось? – рыкаю, заметив бледное лицо и трясущиеся губы помощника.
– У нас ЧП, шеф! – выдыхает Гриша испуганно.
– Оставайтесь здесь. Я скоро вернусь, – роняю, шагнув к Владе. Нижняя губа дрожит, а глаза распахиваются от ужаса.
– Что? – шепчет она изумленно.
– Не бойся, – провожу пальцем по пухлой щечке. Наскоро целую в лоб.
И быстрым шагом выхожу вслед за помощником.
– Уволю на фиг, если просто так сдернул, – выдаю негодующе.
– Там Леху нашего убили, – мямлит мой личный пингвин. – Миха нашел за флигелем.
– Как убили? – выдыхаю порывисто. И вернувшись обратно к Владе, прошу требовательно. – Запрись. Откроешь только мне.
36. Не спеши, Слава!
Ростислав
Как быстро меняется все. Еще с минуту назад для меня самым важным было прощение Влады. А теперь на первый план выходит ее безопасность. Защитить. Спрятать. Уберечь от любой напасти.
– Ты бредишь, что ли? – нависая, рычу на Гришу. – Кого убили? Где?
– Да Леху нашего… За сараем, – мямлит тот дрожащими губами.
