– Вы что творите? Совсем с ума посходили? – рычу обалдело. – Тут что, гестапо, блин?
– Так мог удрать. – Расстегивая наручники, оправдывается Тимур."
"– Интересно куда? – поднимаю глаза к потолку. Словно намекаю, что над нами еще два этажа, железобетонные перекрытия, охрана.
– Хитрый черт, – бубнит Тимур, собираясь вновь застегнуть клиента.
– Оставь, – велю раздраженно. Какого хрена тут в зону особого режима играть.
– Твари, – рычит ощерившись мой добрый доктор. Да любой бы взбунтовался, надень на него наручники и мешок на голову.
– Присаживайся, – киваю на стул у стены. – Ты вроде хотел поговорить.
– Сука, ты, Градов, – выдыхает с ненавистью Игорь. Растирает затекшие руки. Приседает, давая крови разогнаться по венам. А потом спокойно садится за стол. – Только я при этих, – презрительно кивает на охрану, – говорить не собираюсь…, – заявляет презрительно.
– А что так? – усевшись верхом на стул, интересуюсь холодно. Равнодушным взглядом прохожусь по злой роже противника и в сотый раз задаюсь вопросом «Что я тебе сделал?».
Игорь смотрит на меня не моргая. Молчит. Будто выжидает чего-то.
– Начинай, – прошу равнодушно. – У меня мало времени.
– Торопишься к своей рыжей цыпочке, – ухмыляется доктор. – Хорошая девочка. Я бы и сам с ней…
Не реагирую. Какой толк? Всечь я всегда успею.
– Давай ближе к делу, – роняю сухо. – Если нужны свободные уши, то с этим не ко мне.
– Пусть они выйдут, – снова кивает на охрану Игорь. – Или боишься меня?
– Да я тебя заломаю при случае, – роняю, ощерившись. И повернувшись к своим, прошу лениво.
– Выйдите, пацаны. Доктор хочет облегчить душу.
– Слава, – упирается в меня предупредительным взглядом Тимур.
– Да нормально все, – отмахиваюсь поморщившись.
– Как скажешь, – растерянно выдыхает мой главный безопасник. И уже в дверях предупреждает. – Я тут за дверью подожду.
Комната мгновенно пустеет. Лишь доносятся из коридора возмущенные голоса.
Пацаны… Переживают за меня.
Легкая улыбка трогает губы. Но я сознательно стираю ее. Давлю взглядом притихшего Игоря.
– Давай. Начинай уже.
– Это мы с радостью, – усмехается он с каким-то странным деревенским говорком.
Вот откуда это? В досье указано? Мы может раскопать всю подноготную человека, но какие-то важные моменты все равно ускользнут, потому как нигде не зарегистрированы. Кто с кем дружил на улице или дальние родственники, которые иногда ближе родителей.
Задумываюсь лишь на секунду и пропускаю тот момент, когда, подскочив, добрый доктор замахивается на меня стулом.
