Илья опустил глаза, потом снова поднял их на меня, потом снова опустил и потупился. Все эти приготовления и смущения взрослого человека действовали мне на нервы. Я теряла терпение. С одной стороны, мне было интересно послушать, с чем он пришёл ко мне. С другой стороны, мне хотелось, чтобы он поскорее убрался отсюда.
– Илья, ты ещё долго будешь смущаться, как девочка, и мямлить?
– Не называй меня девочкой, – обиженно сказал Илья. – Я уже давно хочу тебе сказать кое-что. И…
Он опять замолчал. Я подкатила глаза к потолку.
– Ну?! И?
– Я давно хотел тебе сказать, – повторил он. – Я люблю тебя, Соня. Это правда. Я проверял.
– Что? Как проверял? – мне становилось интересно.
– Да, проверял. И я должен тебе рассказать об этом, – решительно сказал Илья. – Ты не знаешь, но в этот год, когда мы с тобой не виделись, и ты ни разу не позвонила мне, я думал, что ты бросила меня, забыла, нашла себе кого-то другого. И я решил, что тоже должен тебя забыть. Я пытался не думать о тебе, не вспоминать тебя, но у меня это плохо получалось.
Тогда я решил изменить тебе. Я начал встречаться с одной девчонкой. Мы гуляли с ней три месяца, и даже целовались. А когда мы хотели с ней заняться… – он запнулся, но через секунду продолжил: – заняться сексом, я не смог, не захотел с ней. И всё это время я ждал тебя, убедившись, что мне никто не нужен, кроме тебя.
– Круто. Вот это ты даёшь, Илюха, – сказала я, улыбаясь, когда Илья замолчал. – Я тут думаю, Илюша – такой мальчик-колокольчик. А ты о-го-го, ничего себе как зажигаешь тут без меня.
Я весело рассмеялась. А Илью это, казалось, задело и обидело.
– Не говори так, Соня. Я же сказал, я пытался тебя забыть. Но у меня с той девчонкой ничего не было. Даже когда я целовал её, то думал о тебе.
«Значит, я не такая уж и плохая, если даже порядочный Илюша, целуя одну, представляет себе другую», – подумала я, а вслух сказала:
– Ну и зря.
– Что «зря»? – переспросил он.
– Зря, что не переспал с ней, – пояснила я. – Целый год без секса, наверное, нелегко было.
– Ничего, я справился с этим.
– Руки не заболели справляться? – усмехнулась я в ответ.
– Соня, почему ты говоришь так грубо? Разве я в чём-то виноват, или не прав?
– Да, да, да! – закричала я. – Виноват! Виноват в том, что весь такой правильный, порядочный, честный и благородный, что даже слишком приторно, тошно, понимаешь! А я не такая, ясно! Не такая. Я другая. Я плохая для тебя.
– Это мне решать, – мрачно ответил Илья.
– Тебе?! – я опять усмехнулась.
