Без каких-либо уговоров дамы поспешно покидают комнату, молча и размышляя над своим домашним заданием. Когда мы остаемся вдвоем, я поворачиваюсь к Эрин, выражение моего лица полыхает от негодования.
— В мой дом. Сейчас же.
*
— Какого хера это было?
Я расхаживаю взад-вперед, пытаясь успокоить свой пыл. Эрин, одетая в халат, сидит, скрестив ноги на моем диване.
— Что ты имеешь в виду?
— Не строй из себя дурочку, Эрин. Ты знаешь, что ты делала.
Она улыбается, изображая невинность.
— Я даже не предполагаю, о чем ты говоришь.
— Не неси чушь собачью! — вскрикиваю я, поднимая вверх руки. — Ты призывала, черт бы меня побрал, глазами все время. И не думай, что я не уловил, как ты простонала мое имя.
Она смотрит на пол, чтобы скрыть свое несчастное выражение лица.
— Приятно видеть, что ты обратил на меня внимание. Ты заставляешь меня чувствовать себя невидимкой.
Я в отчаянии потираю свою шею, прежде чем встать перед ней на колени. Эрин может быть уверенной и бесстрашной, но она все же женщина.
Ей по-прежнему необходимо чувствовать себя желанной.
— Конечно, ты не невидимка для меня, Эрин. Я вижу тебя. Черт, я дотрагивался до тебя... разговаривая с тобой, мне не следовало этого делать. Но на минуту я забыл, где находился.
Она поднимает глаза, и на ее лице отражается надежда.
— Ты хотел меня? Ты хотел быть внутри меня, правда?
Я сглатываю, проглатывая инстинктивное «да»."
"— Я буду долбаным сумасшедшим, если не буду хотеть тебя, Эрин. Ты прекрасная женщина. Но ты знаешь, я не могу пересечь границу.
Не сейчас, не когда-либо.
— Но... но раньше мы делали…
Я отрицательно качаю головой, прекрасно понимая, куда это ведет.
— Это было тогда, Эрин. И это никогда не повторится. Я говорил тебе об этом. Теперь, если ты не в состоянии справиться с этой договоренностью, я могу найти кого-нибудь другого, кто сможет.
Из ее глаз текут слезы, и она качает головой.
— Нет. Нет, я в порядке. Извини, я просто...
Я целую ее в лоб и поднимаюсь на ноги.
— Хорошая девочка.
На этот раз я на самом деле не пытаюсь быть злодеем.
Я похож на Эрин, но не в том плане, как она того желает. Несколько лет назад я подошел к ней в баре Чикаго, где она выискивала любого богатого мудака, способного купить ей выпивку, в надежде, что он может стать ее спонсором. Несмотря на невероятную привлекательность, в ней чувствовалось отчаяние. И я должен был помочь ей, в конце концов, это был мой гражданский долг, прежде чем она свяжется с неправильными людьми.
