Слева океан сверкал бликами, солнечные зайчики запрыгивали в иллюминаторы. Справа громоздился, ничуть не меняясь, осточертевший берег. Разве что зеленые лужайки стали попадаться чаще.
Видели еще одно селение – кажется, вовсе заброшенное. Три-четыре покосившиеся хибары, остов баркаса на берегу – и ни дымка над крышей, ни человеческой души. Жители то ли то ли перемерли от зимних холодов, голода и болезней, то ли перебрались на новое место. Если подумать, то жизнь у потомков викингов совсем не сахар. Можно понять их неистовую жажду богатства и презрение к смерти.
От такой жизни и себя перестанешь жалеть, и других.
Простить – нельзя, конечно. Но ведь не для мести этим убогим рыбакам судно прошло уже шестьсот миль вдоль гренландских берегов! И все еще нет достойной цели!
На побережье Исландии достойных целей сколько угодно, но нет целей доступных. Соваться в пиратское гнездо с одним суденышком – самоубийство. Против Рейкьявика нужна эскадра, и то успех дела не гарантирован.
Неужели Кривцов прав, уверяя, что найденной на баркентине карте гренландского побережья можно полностью довериться? Виденная сегодня деревня на карте отмечена – вот она.
Нанесена, между прочим, от руки. Еще сутки хода, и откроется мыс Фарвель, крайняя южная точка Гренландии. На западном побережье этого несуразно огромного острова карта сулит с полдесятка относительно крупных поселений, забившихся в узкие заливы… может быть, пойти туда? Или попытать счастья на Ньюфаундленде?"
"Но есть чутье, и оно подсказывает: с картой что-то не так.
Вот лист с Исландией, вот с Фарерскими островами, а вот и Шпицберген-Свальбард. На Шпицбергене вообще не обозначен поселок с шахтой «Сифри Стурлсон» и порт, а на Фарерах якобы всего-навсего две деревеньки.
Какое уж тут чутье! Это логика. Происхождение карты – английское, но в исландских владениях англичанам известно далеко не все. Что в первую очередь поспешит нанести на карту норманнский пират? Маршруты купеческих караванов, удобные бухты для засад, владения собратьев-конкурентов.
А что он не станет наносить?
Во-первых, свои собственные базы – они ему известны. Во-вторых, то, что среди российских уголовников именуется словечком «общак» – тайные гавани, базы снабжения и ремонта, созданные и поддерживаемые в складчину, в некотором смысле имущество всей пиратской республики. Те же шахты Шпицбергена – общак, причем доходный.
Карта показывает меньше, чем есть на самом деле.
