– Мне так жаль… Твои родители… Твоя мама…
Он понял все, что я пытаюсь сказать. Улыбнулся, хотя улыбка вышла немного печальной.
– Ерунда. Это просто Турнир. Не о чем переживать.
Но для меня это был не просто Турнир. Я прижалась к его руке, пока он вел меня к скамье, на которой сидели финалисты. У меня не было слов, чтобы передать свою благодарность, но я думаю, он и так догадался обо всем, что я хотела сказать.
Итак, я вышла в финал. Завтра состоятся бои с бестиями, и, может быть, следующий день принесет мне все то, о чем я так долго мечтала: глиняный шарик откроется, выпуская последнюю искру, и я обрету магию!
Если бы я только могла представить, каким бесконечно долгим покажется мне завтрашний день.
Сколько разочарования, сколько невероятных открытий и сколько горького счастья принесет он мне…
Глава 28
Разочарование и невероятные открытия
На полигоне установили железное ограждение, обозначив место, где будут проходить финальные сражения. Получился широкий круг – места достаточно для того, чтобы побегать от бестии, когда она будет гнаться за мной, примериваясь для броска.
Такие невеселые мысли преследовали меня, когда я шла утром на завтрак и издалека увидела приготовления к финалу. Желудок тут же скрутило в узел, и есть расхотелось. Но надо заставить себя: мне понадобятся силы. Чувствовала я себя как человек, приговоренный к казни: просить о помиловании поздно, а умирать не хочется.
Однокурсники наперебой поздравляли меня, искренне радуясь моему выходу в финал, и выглядели такими довольными, будто это не только моя победа, но отчасти их тоже.
А если учесть, что я была единственной первокурсницей, одолевшей пятерых соперников, то их гордость вполне можно понять.
Только Вита понимала, что я чувствую на самом деле и как мне страшно сейчас.
– Уверена, тебе дадут меч, – прошептала она мне на ухо, пока я безуспешно пыталась впихнуть в себя несколько ложек гречки. – Они ведь не отправят тебя в бой с пустыми руками…
– Надеюсь, – ответила я.
Чуть позже меня нашел Ран. Он был странно молчалив и собран.
– Я провожу тебя, – сказал он, и его пальцы, когда он взял меня за руку, были совсем холодными.
– Ты чего такой? – на секунду у меня мелькнула мысль, что он злится на меня из-за вчерашнего поражения, что, переспав ночь с пониманием того, что он – Маринер – проиграл турнир, теперь не может меня простить.
– Дико волнуюсь за тебя, – ответил Ран. – Легче самому с десятком бестий сразиться, чем тебя к ним отпустить. И я даже не знаю, что посоветовать.
