– Я женюсь на Иржине! Она моя! И знать я ничего не знаю ни о каких детях. Всего сутки в постели… Чушь!
Рания сложила руки на груди и улыбнулась, не обращая внимания на взгляды окружающих. Даже император смотрел сейчас на нее с непередаваемым выражением в глазах. А бабуля откровенно развлекалась. У Ригарды было такое лицо, словно ее сейчас интересовало исключительно то, как поведет себя Фолхерт. Ни малейшего удивления или сомнения в словах Рании у нее не возникло, что заставило меня поверить – таки будет ребенок. И точно – сын.
– Я не ваша, лорд тель Раграс тан Олгор! – пришлось заговорить, так как все взгляды снова скрестились на мне. – И никогда не стану вашей. Как уже сказала, я несвободна в своей судьбе. Да и вы, как вижу, тоже.
– Ах так? – вдруг тихо спросил Фолхерт. Помолчал несколько долгих секунд, разглядывая меня, а потом вдруг захохотал как безумный. – Несвободна? Несвободна! Ну уж нет! Никому ты не достанешься! Раз не моя, то ничья!
И никто не успел опомниться, как этот тип взметнул руки и… запульнул в меня заклинание.
О боги! А я ведь не надела кулон с изумрудом, который мог бы меня защитить.
Словно в замедленном режиме, я видела, как в мою сторону летит яркий сгусток света. Вот навстречу ему метнулась невидимая для всех Руби, напоролась на этот светлый огонь и с визгом отлетела в сторону. А с пальцев Фолхерта продолжали слетать следующие шары, один за другим, моментально, без малейших пауз. Вот папа вскинул руки, и наперерез второму шару полетел его сгусток огня, сбил с траектории, и они оба врезались в декоративную колонну.
Третий шар увяз в возникшей на его пути преграде, которую, вероятно, поставил лорд Эларил.
Совсем рядом громко закричали, придворные бросились врассыпную, толкаясь и мешая друг другу. Меня тоже задели и пихнули в спину, вытолкнув вперед так, что я оказалась чуть впереди брата. И из-за всей этой сумятицы я даже не успела посмотреть, что с Руби. Так как все происходило настолько быстро, что между всеми этими действиями, кажется, не было и секунды.
Императора мгновенно закрыли своими телами появившиеся из ниоткуда Тени и щит, накинутый придворным магом. Фолхерта сбил с ног и оглушил Себастьян, но огненный шар, последний из сорвавшихся с рук светлого, уже подлетал ко мне. И никто не успевал его перехватить. И вдруг меня и Грега накрыло нечто вроде чернильного пятна, отделившегося от рук бабули. Светлый огонь влетел в окутавшую нас Тьму, сначала завяз в ней, но все же смог прожечь себе путь и опалил мне грудь.
