Я хотел, чтобы регалии власти приняли тебя, раз уж мы не дотерпели до свадьбы. Твоя первая кровь, отданная повелителю, пролилась на древнейшем артефакте нашего мира – императорском престоле, под Короной Власти.
– Оу! – Меня снова закоротило, и я взглянула вверх, куда мне указали кивком.
Точно! Высокую спинку трона венчала древняя корона. Только я всегда думала, что это обычное украшение, так как на торжественных приемах его величество надевал на голову совсем другой венец.
– А вот это, – кивнул он на металлический диск на моем животе, – третья из императорских регалий.
Этот артефакт лечит и помимо этого впитывает в себя твою ауру. Ты теперь признанная ими императрица. А публичную коронацию мы проведем после свадьбы.
– Оу! – Ну да, да! Я сегодня особенно красноречива…
Император снова тихо засмеялся и убрал с моего живота золотой диск, который уже нагрелся от тепла моего тела.
– Ваше величество… – промямлила я.
– Ты издеваешься? Какое я тебе теперь величество? – поднял он одну бровь.
– Лорд Дагорн… – сделала я вторую попытку.
– Дагорн, милая. Просто – Дагорн."
"Ага… «Уллис коронованный» – подумала про себя, но, разумеется, вслух этого не сказала и скромно потупила глазки.
– Так хочется чего-нибудь вкусненького… – разрушила я долгую неловкую тишину, смущенно разглядывая темный зал. – Ужасно перенервничала за вечер…
Сказала, и меня посетило ощущение, что где-то я это сегодня уже слышала. Причем дословно.
Утро я встречала в кровати, стоящей в императорской спальне. Поспать мне этой ночью так и не довелось: его величество открывал для меня новые грани восприятия, новые возможности тела.
Никогда бы не подумала, что я способна на такое… такое… И только когда солнце уже светило вовсю, я на минуту прикрыла глаза и отключилась. А сейчас проснулась от громкого мурчания Рыськи. С трудом подняв веки, взглянула на Руби, которая вылизывала пушистую мордочку мурлыкающей кошки, и снова зажмурилась. Не могла встать. Не могла, и все. Все тело ломило, а кое-где так вообще ощутимо саднило.
А при воспоминании о прошедшей ночи бросило в жар и стало трудно дышать.
– Доброе утро, мой свет! – раздался жизнерадостный голос, и мне немедленно захотелось спрятаться под подушку от внезапно накатившего смущения. – Я принес тебе завтрак, а потом отправлю домой. Ты ведь не хотела, чтобы тебя увидели.
Император был уже свеж, чист, выбрит, бодр и одет в костюм. Не то что я – обнаженная, с копной спутанных волос и с помятой заспанной мордашкой.
