Никто из слуг ничего не видел. Ни император, ни Себастьян не появлялись, посторонних тоже не было. Руби, которая по моей просьбе все обнюхала, тоже ничего не нашла и теперь смотрела виновато. Мол, прости, дорогая хозяйка. Ничем не могу помочь.
Ну и что делать в такой ситуации?
– Кому звонить? Яну или дяде? – озвучил мои мысли Грег, когда мы далеко за полночь устало сидели на диване и разглядывали то, что воришкам не понадобилось.
– Не знаю. Ни тому ни другому, если по моей воле.
– Надо.
– Да знаю, что надо! – в сердцах огрызнулась я.
– Стыдоба-то какая! Представляешь? Звоню я императору и говорю: «Ваше императорское величество, понимаете, меня тут совершенно случайно ограбили и украли портреты, на которых я совершенно обнаженная».
Грег мне ответить не успел. Зато последовал вопрос от того, кого мы меньше всего ожидали тут увидеть:
– Так какие портреты, говоришь, у тебя украли? На которых ты совершенно обнаженная? – В голосе императора плескалось ехидство.
Руби моментально вскочила с ковра, ощерилась и зарычала, но, признав визитера, успокоилась.
– Дядя! – Грег вскочил с дивана.
– Ваше величество! – Я последовала его примеру, стараясь не очень показывать, насколько испугалась и растерялась.
Хотя… Что это я? Могла бы уже привыкнуть. Император никогда не утруждал себя звонками и предупреждениями о грядущем визите. Хорошо хоть не в спальню на этот раз ввалился для разнообразия.
– Иржи, я же просил, – поморщился он от моего обращения.
– Лорд Дагорн! – понятливо исправилась я.
– Садитесь и рассказывайте.
О чем говорили, что хотите завтра посетить, что удалось узнать? – махнув нам рукой, чтобы усаживались, император прошел и тоже занял одно из кресел.
– Э-э-э?.. – обменялись мы с братом взглядами.
– Про эльфов этих ваших, – пояснил повелитель.
– Но откуда?.. – Я проглотила окончание вопроса."
"Тупица! Понятно же, что охрана к нам приставлена не в качестве декораций.
– Грег, твое мнение? – Император начал с вопросов к двоюродному племяннику.
– Нормальные ребята. Старший неглуп, себе на уме, но в целом ничего такого, чего следовало бы опасаться.
Младший еще слишком молод и думает не о политике, а о предстоящей учебе. Горяч. Поддается на провокации старшего брата. По уши влюблен в Иржика. – Брат сделал паузу, размышляя, и продолжил: – Но это такая любовь… как к кумиру молодежи, звезде гонок и музе «Диких». В реальности же прекрасно понимает, что ему ничего не светит.
Грег деловито отчитался и замолчал, а у меня даже брови взметнулись.
