Но кто мог гарантировать, что через месяц, два да пусть даже год светлые не потребовали бы его освобождения? И что тогда? Снова идти на алтарь, чтобы этот подонок за мой счет пополнял запас сил и возвращал молодость?
– Иржи, успокойся! – произнес император, наблюдая за моими метаниями.
– Успокоиться?! – истерически рассмеялась я. – Да что вы можете понимать в моих чувствах и эмоциях? Я ненавидела его, понимаете, ненавидела! Все мое отрочество прошло в постоянном страхе, что меня снова попытаются украсть. Что снова будут умирать люди, которые по долгу службы меня охраняют.
Что чей-то ребенок снова может остаться сиротой! Жить с оглядкой, постоянно бояться, не иметь возможности спокойно дышать и передвигаться… Именно так прошли последние годы моей жизни! А сейчас? Те парни, которые были в костюмах лакеев… Они ведь не ради себя пришли за мной, они действовали по его приказу. И где они ныне? Да и его орден… И да, я сама, собственноручно казнила его, – и чуть тише добавила: – Правда, я была уверена, что тоже умру.
Но лучше умереть, чем продолжать жить вот так и знать, что этот мерзавец сидит себе припеваючи в камере и вынашивает очередные «великие» планы.
– Иржина! – Император с досадой стукнул кулаком по столу. – Но нельзя же так! А если бы ты действительно умерла?!
– Но не умерла же… – тихо ответила я, ощущая полный упадок сил. – Он сказал, что раз он был моей парой, то мог меня убить. А я… в тот момент я была его парой.
– А сейчас?
– А сейчас я – «черная вдова», – обвела я присутствующих взглядом.
– Не пробыв замужем и двух часов, перерезала муженьку горло и стала вдовой. Как мило, да?
О-о, какими разными были встречные взгляды присутствующих. Сочувствующий и расстроенный у брата, твердый, полностью оправдывающий и поддерживающий у Трависа, задумчивый у офицера, чье имя я никак не могла вспомнить. В глазах леди Эстель снова стояли слезы, а лорд Найтон обнимал ее за плечи. Мне он молча кивнул, и в его глазах осуждения тоже не было. Придворный маг… этот смотрел на меня как на некий загадочный экспонат, крайне интересный, но не очень понятный.
– И да, думала, что все закончится с его смертью, пусть даже я умру. А как мне теперь жить с этим камнем на душе? С этой кровью на руках? – Невольно посмотрев на свои руки, я поежилась. Причем умом понимала, что сейчас у меня нервный срыв, истерика. Но я имела на нее право!
– Нормально жить! – отрезал император, когда я замолчала. – Выйдешь замуж, родишь детей и будешь жить долго и счастливо!"
"– Ну да… Замуж.
