А там, где был спрятан жезл, поселились сильные воины, обладающие редкой способностью – уходить в Тень. И стали как те, так и другие хранителями половинок артефакта.
Так Алсарил, в котором раньше все народы дружно жили на одном большом материке, разделился на две империи. Одна из них – Светлая, и все так же непримиримы и безжалостны светлые маги к Тьме в любом проявлении. Вторая империя – Темная. С тех самых пор она накрыта божественным куполом, оберегающим ее жителей от жаждущих крови светлых фанатиков.
Те времена назвали Великим Расколом.
А феи и единороги ушли из Алсарила и с тех пор больше никогда не появлялись.
Себастьян замолчал, и в комнате повисла тишина.
– А сказочка-то страшная, – тихонько произнесла я. – У нас такой нет. То есть… В Светлой империи такой нет.
– Я тоже ни разу ее не слышал, – поддержал меня Грегориан. – Жутковатая история, если честно. Особенно та часть – с сердцем и душой…
– Это очень древняя история. Понятия не имею, откуда мама ее узнала, – пожал плечами Себастьян. – Я, став взрослее, пытался искать официальную информацию о том, как так получилось, что Темная империя накрыта куполом.
Но ничего не нашел. Есть только общее понятие о периоде войны магов – Великом Расколе. Похоже, единственное упоминание о происходящих тогда событиях – как раз вот эта старая сказка.
– Иржи-и-ик… – вдруг хитро пропел Грег.
– Мм?..
– А ты ведь у нас тоже как та дева!
– В смысле? – Я перевела взгляд на лицо мозаичной девушки. – Блондинка?
– Да нет же! У тебя и светлая, и темная магия.
– А-а… Скорей у меня отсутствие и той, и другой. – Я рассмеялась. – Вы же знаете, что у меня нет магических сил.
– Иржик… А давай найдем половинки этого жезла? – хищно улыбнулся Грегориан.
– Даже и не подумаю. Тут бы с поисками во дворце справиться.
– Ну чего ты такая скучная? – расстроился брат.
– Да уж какая есть, – и не подумала я поддаваться на провокацию.
Мужчины продолжали сидеть, а я встала и прошла к мозаичному панно. Присев на корточки, вгляделась в лицо изображенной на нем блондинки.
Потом внимательно осмотрела единорога и даже головой покачала. Мастер, выполнявший эту работу, был любителем реализма. На серебристом роге единорога виднелись капельки крови, незаметные издалека, но видимые вблизи. И правда – страшная сказка. Впрочем, дети с определенного возраста любят всякие страшилки.
– Иржи, что там? – позвал меня Грег.
– Ничего. Просто интересно, рассмотреть хочу, – уронила я, не оборачиваясь, и перевела взгляд на жезл.
