Почему бы нам не пригласить две пары крестных родителей?
Хью улыбнулся – идея ему сразу понравилась – и предложил:
– Лорд и леди Берк будут превосходными крестными.
Кэтрин согласно кивнула.
– Мой брат – любимчик при дворе и стал бы прекрасным выбором в качестве английского крестного отца.
– А кто будет крестной матерью? – спросил Хью. – Не хотела бы ты пригласить свою сестру Бригит?
– Бригит – теперь шотландка по мужу, – ответила Кэтрин. – Почему бы нам не подумать о большем? Королева вряд ли сможет отречься в будущем от своего крестного, племянника одного из ее любимчиков.
Кроме того, трудно представить выше честь, чем быть крестным королевы. Так пусть она и будет крестной матерью Мэтью.
– Моя дорогая, с каждым днем ты все более начинаешь мыслить столь же мудро, как я.
– Раньше ты этого не говорил, – поддразнила его Кэтрин. – Ты говорил, что я не утруждаю себя логическими…
– Давай забудем все, – перебил ее Хью. – Я беру свои слова назад.
– До следующего раза. – Хью засмеялся и сменил тему:
– Ты разрешишь Мэтью отправиться со мной в главный зал?
– Да, но только на несколько минут, и его нужно запеленать потеплее.
– Кэтрин подмигнула ему. – Полли будет сопровождать тебя. Возможно, Патрик поймет наш намек. – При этих словах Полли, прибирающая после родов комнату, покраснела, а Мод засмеялась.
Сопровождаемый Полли, гордый Хью понес сына вниз, где зал уже был переполнен воинами О'Нейла и слугами. Прижимая ребенка к груди, вождь клана прошел к главному месту у большого стола, и в зале воцарилась тишина.
– Друзья! – громко объявил Хью. – Представляю вам Мэтью Тимоти Конна О'Нейла, наследника Данганнона.
Собравшиеся разразились радостными криками одобрения. Хью с гордостью посмотрел на сына, который на мгновение раскрыл глазки, потревоженный оглушительным шумом. Хью не отрывал от него взгляда. Ясные голубые глаза, цвет которых обязательно изменится на изумрудно-зеленый, смотрели на него с маленького сморщенного личика.
«Волосы и цвет кожи – мои, – подумал Хью, – но глаза – матери.
Этот ребенок воистину смешал в себе родительскую кровь».
Хью поднял сына так, чтобы все видели крохотное чудо, которое они с Кэтрин произвели на свет. Раздались новые, столь же бурные, одобрительные возгласы, и Мэтью Тимоти Конн О'Нейл громко закричал, окончательно проснувшись.
– Ему пора к матери, – сказал Хью, передавая сына Полли, и, подмигнув ей, добавил: – А я намерен выпить за рождение моего первого сына с каждым из моих людей.
