Хью помог жене встать, заботливо обернул ее полотенцем, помог выбраться из ванной, аккуратно вытер, надел ей через голову ночную рубашку. А затем, усадив жену в кресло, Хью заговорщицки подмигнул ей и исчез, выйдя в свою комнату через смежную дверь.
Недоумение Кэтрин длилось недолго. Через минуту он вернулся.
– Вот взгляни… – сказал он, достав из-за спины маленькую шкатулку и торжественно открывая ее.
– Мои драгоценности! – обрадованно воскликнула Кэтрин.
– Только что из Дублина, – улыбнулся он.
Кэтрин приняла шкатулку, встала и положила ее на кресло.
– Твоя заботливость дороже всех драгоценностей. – С этими словами она притянула к себе его голову и прильнула к его губам в долгом страстном поцелуе.
Хью провел рукой по ее роскошным волосам и сокрушенно прошептал:
– Если бы не ребенок, я прямо сейчас лег бы с тобой в постель, хотела бы ты того или нет. Но я не желаю причинить вред своему сыну.
– Или дочери, – напомнила счастливо улыбавшаяся Кэтрин и лукаво добавила: – Ведь я могла и ошибиться, предсказывая рождение мальчика.
Рыча проклятия, Хью сгреб жену в охапку, уложил в постель и резким движением укрыл ее одеялом по самый подбородок.
– Надеюсь, под одеялом я в безопасности, – поддразнила его Кэтрин.
Приблизив свои губы почти вплотную к ее губам, Хью тихо, с шутливой угрозой предупредил:
– Пока, душа моя, пока…
Глава 19
Ребенок появился на свет в одну из жарких грозовых ночей в начале августа.
– Спасибо тебе за моего сына, – сказал Хью, нежно целуя жену в щеку.
"
"– Нашего сына, – поправила его Кэтрин, прижимая к себе спящего малыша. – Взгляни! Разве он не само совершенство? О, да я вижу, он похож на тебя! У него твои волосы и цвет кожи, не говоря уже о темпераменте – он такой же буйный и упрямый!
– Я уверен, что никогда не видел более восхитительного ребенка, – радостно согласился с женой Хью, подвигая кресло ближе к кровати, и гордые родители предались созерцанию самого прекрасного творения, которое они когда-либо видели, – своего сына.
– Как мы его назовем? – спросила Кэтрин, прерывая молчание.
– А что хочешь ты?
– Я бы хотела назвать его именем твоего отца, – ответила Кэтрин. – Мэтью – очень славное имя.
– Мэтью Тимоти Конн О'Нейл, – твердо произнес Хью, и глаза его заблестели от нахлынувших чувств.
– Спасибо, любовь моя, – сказала Кэтрин. – Будущий граф Тирон должен иметь тесные связи по обе стороны Ирландского моря.
