В холле мужество покинуло ее: от страха ноги налились свинцом и закружилась голова. Сглотнув комок, подступивший к горлу, она превозмогла страх и, глубоко вздохнув, вошла в зал. Поначалу никто не заметил ее. Дрожа, Кэтрин медленно шла вдоль длинного стола, в конце которого сидел Терлоу и о чем-то увлеченно беседовал с Лиамом."
"По мере того как женщина шла вперед, воины, сидевшие за столом, замолкали и в недоумении провожали ее глазами. В наступившей тишине она подошла к Терлоу и остановилась прямо перед ним.
Тот, видимо, почувствовал, что атмосфера в зале внезапно изменилась, поднял глаза и увидел Кэтрин.
Лиам быстро вскочил на ноги, предлагая ей сесть, но Терлоу резко прикрикнул на него:
– Сиди!
Покраснев от смущения, Лиам нехотя подчинился. Терлоу же, пристально глядя на пленницу, сразу понял ее настроение.
«Она вся дрожит, я почти чувствую ее страх», – с удовлетворением подумал он.
Смертельно бледная, Кэтрин непроизвольно отступила назад. Она совершила ужасную ошибку, придя в этот зал.
Ну почему она не послушалась Мод? Она повернулась, решив уйти, но ее остановил прозвучавший позади ледяной голос:
– Стой!
Когда она вновь повернулась к Терлоу, тот осведомился:
– Что вам надо?
Кэтрин колебалась, мечтая лишь о том, чтобы поскорее очутиться в своей спальне.
– Чего вы хотите? – угрюмо повторил Терлоу свой вопрос и зло бросил: – Я не могу ждать целый день, пока вы наконец соизволите открыть рот.
Усилием воли заставив себя заговорить, Кэтрин сделала шаг вперед и произнесла дрожащим, но все же громким голосом:
– Я хочу посетить кладбище.
Терлоу откинулся на спинку стула, запрокинул голову назад и разразился громким хохотом. Затем, оглядев весь зал и своих воинов, воззрился на Кэтрин.
– Вы, должно быть, шутите, – ледяным тоном проговорил он.
– Нет, я… – пролепетала бедная женщина, пытаясь оправдаться.
– Черт возьми! – перебивая ее, взревел Терлоу и с треском грохнул кулаком по столу. Не сводя глаз с Кэтрин, он медленно поднялся и пошел прямо на нее.
Однако женщина выдержала его тяжелый взгляд и не отступила.
«Или она в самом деле очень храбрая, – подумал Терлоу, – или просто дура».
– Вы пытались сбежать, причем именно через кладбище, а теперь осмеливаетесь просить разрешения посещать могилы? Вы считаете меня дураком? Мадам, вы меня изумляете.
– Прошу вас, – взмолилась Кэтрин, обхватив огрубевшую, мозолистую ладонь Терлоу своими нежными руками. – Для меня это так важно.
