— Знакомься, Валер. Это мой шурин Николай Сазонов. Исполняющий обязанности начальника районного управления НКВД, — представил я Николая. — Кстати, он полностью в курсе, кто я и откуда. Так что теперь мы все в одной лодке.
— Из Уфы пришел приказ присматривать за вами, товарищ Чкалов, и обеспечить безопасность, — сказал Николай после того, как они пожали друг другу руки, — так что я решил выделить вам авто с водителем. Так и мне спокойнее будет, и вам удобнее.
Сразу после завтрака поехали в Ломовку к бабке Ефросинье.
Знахарка встретила нас в горнице. Внимательно посмотрев на Чкалова, она сказала:
— Смерть рядом с тобой прошла, соколик. Дохнула на тебя и ушла. Теперь проживешь долгую жизнь, если по дури своей голову не сложишь. Вот, его благодари. — Она ткнула в мою сторону пальцем и, обращаясь уже ко мне, произнесла: — А ты поезжай, Михайло. Друга своего через седмицу заберешь. Вижу, вовремя вы успели, смогу я ему помочь."
"Для меня неделя пролетела незаметно, и когда я вновь приехал в Ломовку к Безумновым, то вначале не узнал Чкалова.
Что уж с ним делала знахарка, не ведаю, но это был совсем другой человек. Плечи развернулись, глаза лучились переполнявшей этого человека энергией. Да и как будто моложе он стал.
До земли поклонившись Ефросинье Николаевне, пружинящим шагом вышел к машине. Семен стоял рядом со мной, с видимым превосходством поглядывая на толпящихся чуть в стороне односельчан. Когда он рассказал, что на аэродроме встречал самого Чкалова и тот пожал ему руку, то его назвали брехуном.
Пришлось даже расквасить несколько носов, чтобы неверящие примолкли. Но когда Чкалов приехал к ним домой, да еще и жил у них целую неделю, то после такого авторитет Семки вырос просто неимоверно.
— Ну, Семен Палыч, до завтра, — Чкалов крепко пожал руку подростку, — надеюсь, увидимся на аэродроме.
После этих слов нос у Семки задрался до самых облаков.
Еще раз поблагодарив хозяев за гостеприимство, мы поехали обратно в Белорецк. А в Ломовке навсегда в памяти сельчан остался приезд к ним самого известного летчика страны.
Ну и, естественно, все прекрасно запомнили, к кому именно приезжал Чкалов.
Вновь начались насыщенные будни. Чкалов отправил жене телеграмму, в которой сообщал, что все у него замечательно и что он задержится здесь, а затем с головой ушел в изучение винтокрылой машины.
Бензина сожгли просто море. Двигатель практически выработал свой ресурс. Пришлось Чкалову задействовать свои связи.
