Присмотревшись, я увидел аккуратно сложенные на табурете, наполовину задвинутом под стол, вещи. Черные брюки, изрядно выцветшая гимнастерка старого образца и странного вида ботинки, похожие на брезентовые.
До стола дошел я уже вполне уверенно. Штормило меня, конечно, как после хорошего подпития, но уже было терпимо. Одевшись, вновь проделал путь до двери и, открыв ее, сделал приглашающий жест ожидавшей там девушке. Она быстро проскочила в комнатушку, разожгла примус и поставила на него чайник. В этот момент я почувствовал, что не могу говорить, потому что во рту все пересохло.
Видимо, мой взгляд был настолько красноречив, что девушка протянула мне ковшик с водой. О, боже, какой это был нектар. Ничего слаще и вкуснее я никогда не пил.
— Спасибо, — чуть переведя дух, я протянул пустой ковш девушке.
— Не за что, — она пожала плечами, — сейчас чайник закипит и попьем чаю. Да и покушать вам надо. Я тут бульон сварила, сейчас его тоже подогрею. Дядя Федя сказал, что вам пока только жиденькое можно, а то плохо может стать.
Вы трое суток без сознания пролежали.
— А дядя Федя — это кто? — чуть хрипло спросил я.
— Так это он вас из воды вытащил, — девушка оживилась. — Мальчишки говорили, что чуть следом не нырнул, да успел ухватить. И как только смог на мостки вас вытащить? А сюда ему вас те же мальчишки помогли занести. Тут он вам голову и перевязал. Он это умеет. А потом за моим братом мальчишек послал, а тот мне велел сюда прийти и дяде Феде помочь. Я курсы медсестер закончила и перевязки делать умею.
— А сам этот дядя Федя где? — спросил я.
— Так он в ОРС[4] с завхозом уехал по делам. Велел мне за вами присматривать. А брат придет вечером после службы.
— Извините, девушка, а как вас зовут? А то неудобно общаться, не зная имени.
— Я Татьяна… — Девушка протянула мне свою ладошку.
— Михаил. — Я аккуратно пожал теплую ладошку. — Скажите, Таня, а где я вообще нахожусь и кто такой этот ваш дядя Федя?"
"— Так вы ничего не помните? — Девушка слегка удивилась. — Вы на лодочной станции, а дядя Федя тут сторожем работает и живет здесь же.
Он утром рыбачить пошел и увидел, как вы тонете у самых понтонов. И голова у вас разбита сильно была. Он сам с костылем ходит, но как-то смог вас вытащить, а затем у себя в комнате разместил да велел помалкивать о вас и никому не рассказывать. А вы, наверное, как мой брат, в органах служите?
— В каких? — Я аж поперхнулся.
— Ну, в НКВД. У вас, вон, и часы наградные. — Татьяна кивнула на мою руку с часами.
