Вам нужно в кратчайшие сроки вникнуть во все стоящие перед «Бюро перспективных разработок» задачи, также не забывайте о своей должности моего заместителя по техническим вопросам. И постарайтесь в ближайшие дни съездить в Подольск. Там вас давно уже заждались.
В Подольск удалось выехать лишь спустя неделю после разговора у Сталина. Нет, я, конечно, мог и раньше съездить туда, но Берия отговорил. Сказал, что эту мою поездку нужно хорошо подготовить. Видимой для меня частью подготовки было то, что теперь я всегда ездил с двумя охранниками в моем автомобиле и машиной сопровождения с еще четырьмя бойцами.
Начальник охраны и порученец были другими. Рябов и Пушкевич погибли в тот день, когда меня похитили немцы.
Подольск встретил ясной солнечной погодой. Легкий морозец слегка пощипывал лицо, но неприятных ощущений не вызывал. На въезде в расположение бригады часовой и начальник караула, увидев меня сидящим на заднем сиденье авто, вытянулись по стойке смирно, а начкар еще и расплылся в улыбке.
А лицо-то у него знакомое. Похоже, из тех, с кем довелось бок о бок повоевать в Белоруссии.
На плацу идеально ровными коробками был выстроен весь личный состав бригады. К моему сожалению, многих из тех, с кем прошел хоть и не долгий, но довольно насыщенный боевой путь, здесь не было. Вечная им память.
— Бригада, равняйсь! — раздалась громкая команда. — Для встречи слева — смирно!"
"Ко мне, печатая шаг и вскинув ладонь к лихо заломленной кубанке с зеленым верхом, вдоль замершего строя шел полковник Кирсанов, один из тех, кого мы освободили из лагеря в Кобрине.
— Товарищ командующий! — Ого он меня титулует! Я передал трость стоящему рядом начальнику моей охраны и как мог изобразил строевую стойку. — Личный состав бригады специального назначения для торжественной встречи построен. Докладывал командир бригады полковник Кирсанов.
— Здравствуйте, Олег Геннадьевич, — поздоровался я за руку с Кирсановым. — Рад видеть вас живым.
Здравствуйте, товарищи! — в полный голос поздоровался я с бойцами. От ответного приветствия, казалось, даже земля вздрогнула.
Я, опираясь на трость и заметно прихрамывая, прошел к отдельно стоящей группе командиров. Надо сказать, что все, и командиры, и рядовые бойцы, были экипированы в зимний камуфляж, а на головах у них были кубанки с зеленым верхом. Сам «братишка Буденный», как называли его в бригаде, предложил такой головной убор для спецназа.
