На пару с Ванькой Вороновым они безошибочно находили дорогу среди многочисленных Выгонощанских болот. Мы даже на броневике смогли проехать, хотя пару раз едва не застряли насмерть. Бросить бы, конечно, этот железный гроб, но пока он — наша единственная ударная сила, так что будем его использовать, пока есть горючее в баке и боеприпасы к пулемету и 20-миллиметровой пушке."
"С утра пораньше, едва забрезжил рассвет, с Гризли, Вороновым и пограничниками выдвинулись к дороге. Нам как воздух нужен был информированный язык.
Пролежали в придорожных кустах почти до самого вечера. Как назло, за все это время не было ни одной одиночной машины. Уже собирался дать команду на отход, как на дороге появился прыгающий на неровностях «кюбельваген» с закрытым тентом верхом. Такой шанс упускать было нельзя.
Как было заранее условлено, Воронов выстрелил в водителя. Автомобильчик резко вильнул на дороге, перепрыгнув через придорожную канаву, проломился сквозь кустарник и там перевернулся. Пограничники тут же бросились к нему.
Через десять минут я уже держал в руках офицерский планшет, в котором находилась буквально бесценная для нас карта. Только взглянув на нее я поверил, что кто-то мне точно ворожит: ехавший в машине с водителем гауптман был не кем иным, как интендантом, а на карте были указаны места расположения всех немецких частей в округе, склады, пункты питания, госпиталя, аэродромы и, пожалуй, самое ценное, места хранения трофейной техники и вооружения. Там же были отмечены и ремонтные мастерские.
Теперь мы уже не будем тыкаться, как слепые, в разные стороны.
Автомобиль совместными усилиями поставили на колеса, вытолкали на дорогу и отогнали к броневичку, куда также перегнали и приватизированный у немцев грузовик. А не плохой автопарк у нас набирается.
Глава 15
И аз воздам…
Уваров вернулся грязный, голодный и злой как собака. Три дня назад он с Ухтомским и двумя своими танкистами отправился в разведку к месту, где они спрятали танки. Заодно и маршрут проверить. И вот, вымокший под недавно прошедшим дождем, он устало приземлился рядом со мной.
Не дав ему и слова сказать, я протянул миску с наваристой похлебкой, в которой плавали крупные куски мяса. Мы тоже эти дни не сидели без дела, навестили стоящий в стороне от дороги небольшой хутор. Местных жителей здесь не было, зато имелась небольшая тыловая часть, занимающаяся убоем и разделкой пригоняемой к ним местными полицаями скотины. Заодно и колбасу делали, тушенку варили и в банки закатывали.
