Конечно, никто ему не угрожал, его завербовали и просто предложили деньги и высокий пост в иерархии спецслужб будущей послевоенной Германии. Ее ведь все равно надо будет восстанавливать. И очень важно, кто будет занимать ключевые посты в военной сфере, экономике, разведке, МИД.
– Ну вот что, Эрнст. – Голос Сосновского стал ледяным и почти безразличным. – Вы сильно ошиблись, а в этой стране сейчас не прощают ошибок. Здесь не до сантиментов. Покушение на глав стран антигитлеровской коалиции – мероприятие серьезное, вам его провернуть никто не даст.
Церемониться мы ни с кем не будем, на это у нас нет времени. Да и желания, если говорить откровенно. Предавший единожды предаст снова. Но мы, пожалуй, можем спасти вашу никчемную жизнь. Так, в виде исключения. Но вы должны нам передать все сведения, которыми владеете… Лотар Шолхорн. Где его искать?
– Бахтадиан-Шехер, двадцать пять. С ним постоянно двое десантников охраны. Он уходит и возвращается поздно, когда темно. Он очень осторожен, но у него не осталось агентов.
Он пытается выйти на старую сеть, не зная, что вы и англичане ее практически полностью разгромили.
– Хорошо, – кивнул Сосновский. – Уинфред Оберг?
– Улица Гемергодс, дом двенадцать. Это мастерская по ремонту обуви. Обувщик тоже агент и связник.
– Рация?
– Последняя рация там же в мастерской. Батареи почти сели, новых нет. Для связи ее уносят далеко за пределы района по старым подземным водоводам.
– Хорошо. Кто вас вербовал от англичан?
– Никто. Меня вербовал Хартман, – опустив голову, сознался немец.
– Он говорил, что работает на британскую разведку. Но одну англичанку я знаю, она у них главная.
– Кто? – удивился Сосновский. – Дженнифер Ривз?
– Нет, – замотал немец головой. – Другая. Невысокая такая. Я даже не знаю, кем она у них в посольстве числится.
Сосновский вытащил из кармана рисунок, сделанный Зухрой, и показал немцу. Тот посмотрел и обреченно кивнул. Оперативники переглянулись. Берия встал, посмотрел на унылого немца и распорядился:
– Значит, так, товарищи. Я пришлю сюда сильную охрану, наблюдение установим по обеим сторонам улицы.
В посольство его везти нельзя. Выпотрошить этого двойника как следует, все до мелочи из него вытрясти! За всю эту осень, все приказы, все планы! Может, еще что узнаем. Допрашивать посадите Когана, он лучше всех вас умеет языки развязывать. Медика оставлю вам. Нам только гангрены еще не хватает! Пенициллин американский вам достану. Максим Андреевич, поехали!"
"В машине Берия снова вернулся к разговору.
