— Василий Берестов, — ответил я, пожимая её руку.
— Ты откуда к нам прибыл?
— Станция Озерки.
— И что, там у вас есть средняя школа?
— Нет, там только семилетка.
— А 9-й класс, где окончил?
— Я самостоятельно учился, а экзамены сдавал экстерном.
Девушка даже остановилась, не справившись с удивлением. Но мы уже подошли к кабинету химии, где у нас должен быть следующий урок.
Во время урока, моя соседка, выбрав момент, когда учительница была занята чем-то своим, спросила меня, не скрывая своего любопытства:
— Где ты так научился шпрехать?
— Я очень способный, — ответил я.
Соседка поджала губы и больше меня ни о чём не спрашивала. Несколько раз я ловил на себе испытывающие взгляды Анны Ларченко. Она сидела на первой парте первого ряда, ближнего к дверям и мне хорошо был виден её профиль. На второй парте, наискосок от Анны сидел парень, который перехватил наши переглядывания и пару раз злобно посмотрел на меня.
— Ну, вот, назревает первый конфликт, — подумал я.
После химии был классный час. Обсуждались дела класса, выполнение общественных поручений.
Выступила комсорг класса, Анастасия Светлова, она оказалась намного симпатичнее моей соседки, да и Анны Ларченко, пожалуй.
На следующую неделю планировался субботник. Наша школа обязалась благоустроить территорию трамвайного депо. Город ждал открытия первого трамвайного маршрута: ж/д вокзал — центр города.
Его открытие хотели приурочить к 17-й годовщине Пролетарской Революции, но уже сейчас было ясно, что не успевают. Хорошо будет, если пустят, хотя бы к декабрю.
Наконец, нас отпустили, и я вернулся в родную (уже родную, быстро же я привык) общагу, где меня уже ждали. Началась рутинная работа. Сегодня, с утра я повесил на дверь записку:
ПОМОЩНИК КОМЕНДАНТА
Приём по личным вопросам
По субботам с 15–00 до 18 — 00"
"Страна работала по шестидневке — пять дней рабочих, шестой день выходной. А школы и вузы остались на семидневной неделе с выходным по воскресеньям. Поэтому, хоть и редко, но иногда суббота была выходным днём. Сегодняшняя суббота была рабочей, а вот завтрашнее воскресенье совпадало с выходным днём.
Вернулся я за 15 минут до начала приёма, у дверей уже стояла небольшая очередь. Успел умыться, попить чайку и вышел к народу.
— Заходим в порядке живой очереди. Без толкотни и спешки. Есть кто-нибудь, кому по каким-либо причинам нужно очень срочно? Таковых нет. Начинаем приём.
Я повернулся к женщине, стоявшей первой в очереди, и пригласил её пройти в комендантскую:
— Слушаю вас, говорите.
