Когда мне эту справку выписывали, то я попросил записать, что справка выдана для предъявления в военное училище, не указывая, в какое именно. А дату выдачи справки попросил поставить от 6 июля 1936 года.
— Ты и правда хочешь перейти из МГУ в военное училище? — удивлённо спросила меня секретарь декана, пожилая женщина явно уже пенсионного возраста.
— В этом году приём уже закончен, — ответил я ей, — поэтому проучусь в университете ещё полгода, а поступать буду следующей осенью. Вот только не выбрал пока, в какое именно.
Секретарь покачала головой, но ничего не сказала, а строку в справке заполнила, как я просил.
Волновался по этому поводу, боялся, что смогут придраться и документы не взять, но беспокоился я совершенно напрасно, справку взяли без звука, что называется. Наоборот, курсант, принимавший у меня документы, с любопытством на меня посмотрел и спросил, почему я из университета ушёл.
— По семейным обстоятельствам, — уклончиво ответил я, понимая, что этот факт быстро станет всем известен.
Курсант понятливо закивал головой.
Не знаю, чего уж он там понял или понапридумывал себе, но больше с вопросами не приставал. Медицинскую справку о состоянии здоровья я получил заранее, ещё летом в своей поликлинике по месту жительства, так что под диспансеризацию я, слава богу, не попал, поскольку она началась позже.
Вступительных экзаменов, как таковых не было. Курсант, принял у меня документы, записал что-то в журнал, лежащий перед ним, и сказал:
— Пошли на собеседование, пока Лапин на обед не ушёл.
— А он кто? — спросил я.
— Старший лейтенант Лапин Василий Михайлович, — ответил курсант, — командир роты артиллеристов и он же в этом учебном году командир взвода артиллеристов первого курса. Будет тебя к себе перетягивать.
— Почему ты так думаешь? — заинтересовался я.
— С таким образованием, тебе прямая дорога в артиллеристы.
Собеседование проходило в соседней комнате. Сначала туда прошёл курсант с моими документами, потом он вышел и кивнул мне:
— Проходи.
Я зашёл и огляделся.
Книжный шкаф в одном углу, большой несгораемый железный шкаф в другом, посередине комнаты письменный стол, за которым сидел молодой мужчина лет 28-ти с тремя красными кубиками на чёрных петлицах с красной окантовкой и просматривал мои документы.
— Здравствуйте товарищ старший лейтенант.
— Здравствуйте, товарищ Берестов, проходите сюда, присаживайтесь.
Он показал рукой на стул, стоящий перед ним. Я последовал его приглашению.
— То, что пришёл к нам, это ты молодец.
