Я иронично улыбнулся и спросил:
— И каков будет вердикт?
— Мне нравится, — ответила она.
— Я рад.
Преподавателем у нас оказалась молодая женщина, девушка ещё. Как потом выяснилось, она была аспиранткой кафедры математического анализа. Её целью было научить нас алгоритмам решения типовых задач. В отличие от элементарной математики, где очень часто встречались интересные задачи, над которыми можно было поломать голову, прежде чем удавалось найти решение, здесь все задачи были классифицированы и разбиты на соответствующие группы.
На каждом семинаре разбиралась, как правило, одна группа задач. Например, первое занятие было посвящено графикам элементарных функций. Скукота.
От скуки меня освободила соседка.
— Скажи, тебя тема занятия совсем не интересует? — спросил я, обращаясь к ней, когда её внимание ко мне стало меня напрягать.
— Нет, — ответила она. — Тут всё пока примитивно. Трудные темы впереди.
— Ну, не скажи, в этой теме тоже есть интересные задачи, — сказал я.
— Покажи хотя бы одну, — недоверчиво сказала она.
— Пожалуйста. Вот построй для начала, график суперпозиции функций натурального логарифма и модуля тангенса.
— Это как?
Я написал. Она задумалась, а я смог переключиться на то, чем занимались на доске. А там строили график синуса двойного аргумента, и какой-то парнишка бойко стучал мелом по доске, рисуя волны графика. Преподавательница стояла рядом и довольно качала головой в знак одобрения.
Моей метки не было ещё у двух студентов. По-видимому, их не было на предыдущей лекции.
Присоединил к ним нашу молодую преподавательницу и поставил этой небольшой группе ПНМ-плюс.
— Чем бы заняться? — подумал я.
— Займись составлением гомеостатов, — ответил Ян. — Ты же знаешь, что они полному копированию не подлежат, потому и стоят бешеных денег. Ты не забыл, что хотел заработать много денег на индустриализацию страны. Гомеостаты можно продавать очень выгодно. Нужно отработать технологию их изготовления.
— Ты прав, как всегда, — ответил я.
Моё общение с Яном занимает часто доли секунды, вот и сейчас моя соседка разобралась, наконец, с моим примером и с гордостью стала показывать решение. Я взглянул — все было сделано правильно. Интересно, что когда Тома увлеклась задачей и перестала изображать из себя невесть кого, то её лицо преобразилось, появилась некая одухотворённость, и стало очень привлекательным. Я даже залюбовался. Потом как-то незаметно для себя занялся поиском МИМЭ для её лица.
