Сколько же они народу положили твари?
— Девять человек, товарищ Овчинников. — Два охранника, кассирша, один жилец, швейцар и милиционер, лифтёр, дежурная по 2-му этажу и банкир из Швеции.
— Уроды. Слушай, товарищ Бердник, как ты думаешь, а мог Берестов и этих двух тоже грохнуть?
— Грохнуть-то он их, конечно, мог. Только вот как? Не оставив следов? Один просто взял и помер, а второй вдруг заболел чахоткой и через несколько дней скоропостижно скончался. Утверждать, что это дело рук Берестова — это из области фантастики, товарищ Овчинников.
На столе Овчинникова зазвонил телефон. Виктор Петрович взял трубку.
— Московский уголовный розыск, Овчинников у аппарата.
Какое-то время внимательно слушает, затем коротко отвечает и кладёт трубку. Смотрит на начальника районного отделения милиции и говорит:
— Наше совещание закончено. Товарищ Грищенко, вы можете идти, а у нас, как вы видите, продолжаются трудовые будни.
Он встал и протянул ему руку на прощание. Подождал, когда за Грищенко закроется дверь и сказал:
— А у нас ЧП, товарищи, произошло вчера ночью.
Смерть высокого чина из ГУГБ, некоего Бефуса и ещё более высокопоставленного партийного работника, имя которого даже мне могут сообщить только по подписке. Причина смерти по предварительной версии — пищевое отравление. И все бы ничего, все мы, под пулями ходим, но тут смерть позорная. Два мужика в одной постели и оба умерли во сне. От нас требуется провести самое тщательное расследование и само происшествие засекретить. Высший гриф секретности.
Проведение следствия поручаю вам, товарищ Бердник.
* * *Моя виртуальная учёба автоделу закончилась сразу после обеда. Учебную базу по вождению автомобилей я ещё раньше усвоил, а теперь вот в виртуальной мастерской успел сдать экзамен на 2-й разряд автомеханика. Переоделся в свой рабочий комбинезон и пошёл в гараж.
В гараже обнаружил автомобиль марки ГАЗ-А с поднятым капотом и грустного водителя, поведавшего мне о своих проблемах. Произвёл проверку основных слабых мест этого автомобиля и выяснил, что полетели подшипники коленвала — это одна из самых неприятных неисправностей.
Показал водителю, сказал, что нужно делать, спросил его, есть ли у него баббит. Всё необходимое имелось, оставалось только начать и кончить, чем и занимался до вечера. Самое противное дело там не заливка баббитом подшипников, а их подгонка к коленвалу. Есть такая операция в слесарном деле, называется шабровка. Вот она-то и заняла львиную долю времени.
